— Вот сейчас про нас точно забудут, — бормотнул Хакер. Он переключил наши экраны и показал свою собственную картинку, на которой первый из грузовиков пытался пришвартоваться к орбитальной станции. — Умный оказался пилот. Понимает, что на этом пузане он никуда не улетит. Сразу пытается захватить что-то, где есть и корабли, и добыча.
В корабль пару раз выстрелили. Наверное, если бы у систем станции было время, они сумели бы перестроить работу даже противометеоритной защиты в новый режим и ударить по грузовику всерьез. Но как раз времени им никто не дал. А множество систем безопасности, опознавательных систем свой-чужой и ограничителей не дали им развернуться.
Первый корабль пристыковался.
— Да ну нет, — недоверчиво сказал Хакер. — Будет чудо, если они захватят станцию. Там все-таки и народу побольше, и оружия полно. Это же перевалочный пункт для уголовников. Но им сейчас точно не до нас. Совсем не до нас.
Хакер что-то бормотал, полузакрыв глаза и водя руками по консолям.
— Не подведи, как в прошлый раз. Тебе же скучно было, а не мне. Я бы на этот банк и не полез вообще. Это у тебя догонялки число за числом, а ко мне то вполне себе с оружием пришли, и полквартала под ноль выровняли, когда меня брали. Просто чтобы не рисковать. Вы в своей сетке все время забываете, что у банков не только деньги, но и возможности их потратить. Видел бы ты ту команду, которая меня брала, так бы не говорил. Не спеши, нежно ему объясни, что в данном случае лучше напрямик на базу лететь, минуя станцию. Никто нас нигде не перегрузит. Да, там бедлам, а у нас прыгун на холоде. Нам же нужен прыгун на холоде? Уложить его к остальным? Вот и объясни.
На орбитальной станции что-то взорвалось. Всполох из разорванной обшивки выплеснулся и тут же ушел назад — сработали аварийные переборки.
— Смотри ка ты, они даже дальше пробились, чем я рассчитывал. Стрельба уже по всей станции идет. — Сказал Хакер вполне осмысленно, вроде как нам, и тут же снова забормотал про себя: — Обнимайте его крепче, да и все. Слушай, ну если он такой упертый, то стирай, и замените его. Надолго не получится, но, чтобы вычислить место их базы, да и добраться до нее, так вполне. В смысле???
Хакер на мгновение отдернул обе руки от консолей, посмотрел на меня, и снова положил их назад. Теперь он молчал, лишь пальцы его слегка подрагивали, проверяя информацию. Он оторвал руки снова лишь через минуту.
— Нет никакого места, куда они везут прыгунов. Такой уровень дезинформации никому не по силам, я проверил. Нет никакой тайной базы на засекреченной орбите.
— А куда тогда они их девают замороженных? — весь расчет был на то, чтобы найти место, где расположились охотники, гнездо.
— Никуда. У них база в базе, они не стали заморачиваться. Скорее всего, какой-нибудь тайный отсек на самой станции. Конструкция большая, кто там знает все закоулки, если хорошо спрятаться — не найдут.
— Тогда туда?
— Ну да. Туда. Только там сейчас жарко.
— Ну а что, жарко — не холодно, — буркнул Шрам. — Сойдем за охотников.
Хакер пожал плечами, и вновь положил руки на консоли.
Бот не спеша двинулся в сторону орбитальной станции.
В это время к ней пристыковались уже три грузовых корабля, набитых жаждущими крови преступниками. Остальные либо так и не сумели взлететь, либо их смогли остановить.
Но станции хватит и трех. Я лично начал сомневаться, что она вообще переживет этот день.
Этой вселенной нужно научиться управлять, не привлекая внимания санитаров. Хорошо, что на данный момент те, кто здесь шел за санитаров, были весьма заняты. Очень удобно выпустить на волю весь сумасшедший дом целиком, а потом понемногу начинать думать о лучшем политическом строе для этой галактики.
Шоу начало сбоить. Оно и понятно, основные события начали происходить там, где для них не организовали никаких толковых условий, ни записи, ни софитов, ни правильно подобранных ракурсов. С другой стороны, натурные съемки в лабиринтах, в коридорах космической станции шли бы у зрителя на ура. К тому же, сейчас в зрелище сильно добавлялся элемент жизненности, отсутствия наигранности всего процесса изначально.
Теперь не нужно сбрасывать еду в строго определенную точку, чтобы собрать вокруг нее гладиаторов. Теперь новый спартак идет на вечный город с толпой обозленных рабов, и все неожиданно стало взаправду. Это не просто гибель чужих людей, выдернутых из камеры смертников, сейчас шоу превратилось в бойню, и ни у кого из участников не было никакой правды. Или с каждой стороны гермодверей каждого коридора правда существовала своя.
