— Еще выше, — подбодрил я его. — Нужно осветить потолок.
Светлячок поднялся еще. Многого от него не потребовалось, метр — и стены смыкались без малейших щелей, разломов, проходов или лестниц прямиком на поверхность.
Для порядка я погонял светлячка еще туда и сюда, под самым потолком, до пределов, до которых сам мог хоть что-то рассмотреть, и даже постучал по стене молотом. Чего уж, раз забрался, нужно использовать все варианты.
Никаких открытий. Если проход здесь где-то в эту пещеру где-то и существовал, то явно не здесь. Я прикинул, откуда вывалилась груда камней, на которой я стоял — но с этим как раз все просто — часть потолка обрушилась, можно легко увидеть отметины, где стены казались менее сглаженными, чем обычно.
Ладно, никто и не надеялся на успех с первого тычка.
Я спустился и перебрался на вторую кучу, последовательно повторив все свои упражнения.
Потом на третью.
Удача ждала меня на предпоследней. Если это можно назвать удачей.
Поначалу все развивалось по стандартному сценарию. Еще одна куча, покрупнее, настолько, что потолок видно и без дополнительных команд светлячку. Куски с потолка обвалились изрядные, но это не открыло мне путь к свободе. Погоняв светлячок в обе стороны под потолком, я убедился, что ничего нового нет и здесь, и собирался уже спускаться, чтобы повторить все с последней кучей, скорее для галочки, чем в реальной надежде что-нибудь обнаружить.
И, скорее по инерции, ударил молотом по стене.
Звук отличался. Наверняка. В этих пещерах я превратился прямо в того гнома — чувствовал звук от ударов по камню. Наверно, скоро смогу по одному лишь звону определять породу. Но сейчас все проще.
Мое обостренное гномье чутье подсказывало, что где-то совсем рядом есть полость.
Хорошо, что без кирки я из дому не выхожу.
Мне понадобилось несколько дней, чтобы пробиться к цели. Выровнять кучу, натащить глины, сделать хоть какое-то подобие ступеней наверх. Углубиться в стену, понять, что пустота где-то выше и в стороне, потом испугаться устроить обвал и зайти еще выше, чтобы пробиться к цели где-то на одном с ней уровне.
И, в итоге, в конце четвертого дня, дождаться момента, когда кирка, вместо того чтобы в очередной раз отскочить от камня, как все предыдущие тысячи раз, застряла в пробитой дыре.
От неожиданности — которую я так ждал, меня тоже бросило вперед.
Руки гудели. Болели даже не мышцы, а суставы — нужно что-то придумывать с амортизацией на рукояти.
Я присел, подальше от дыры, в которой осталась торчать кирка.
В последние дни мандраж заставил меня сорваться, потерять ритм, ускориться, нарушая привычный график.
Я устал и даже не чувствовал радости от открытия. Возможно, просто предвосхищал, что именно светлячок откроет мне впереди, в этой дыре.
Но осторожность пока не потерял. Это уже следующая стадия усталости. Красный уровень.
Поэтому я сидел неподалеку и ждал. В старых подземельях, запечатанных тысячелетиями, мог скапливаться ядовитый газ.
Первое правило, прежде чем лезть во внезапно обнаруженную, вскрытую нору — сначала проветрить.
Сколько бы времени на это не потребовалось.
Если я потеряю там сознание, вытаскивать меня будет некому.
Посидев какое-то время, с запасом — промышленных вентиляторов у меня под рукой не оказалось, я подобрался к кирке, расшатал ее и выдернул из отверстия. Потом быстро отодвинулся назад.
Никакого шипения, давления и там, и здесь сравнимо одинаково. Вообще то я практически уверен, что эта полость обменивалась с нашей воздухом через микротрещины, слишком они недалеко. Но мои догадки не отменяли протокол.
Я прислушался к себе. Голова не кружилась, слабости не чувствовалось. Если в воздухе с той стороны и гуляла какая-то гадость, то концентрация ее невелика.
Но в своей паранойе я продвинулся еще дальше. Я спустился назад, в пещеру, и просто ушел.
Пусть проветрится. Времени полно. День, другой.
Конечно, я переоценил свою силу воли.
Я вернулся уже через несколько часов, до этого как следует погуляв, попробовав разгадать пару загадок символов на чужих дверях, долго поворочавшись на каменном ложе римской обители. Другими словами, я сделал все, чтобы отвлечь себя от мыслей о отверстии, которое нужно расширить.
Приседал. Подливал удобрения растениям, даже дошел до кузни, и поразмышлял, не пора ли мне браться за переплавку железа. Обманывал себя, как только мог.
Не помогло. В какой-то момент я понял, что не усну, как не пытайся.
Тут же сам для себя решил, что пара дней — все-таки перебор, несколько прошедших часов вполне достаточно, и можно двигаться дальше, расширять дыру. Если соблюдать осторожность, ничего не произойдет.
В одном я был прав — со мной ничего не произошло.
— Не посмотришь, что там? — почему в моем голосе слышалось заискивание, не пойму?
Наверное, потому что я ожидал трудности с тем, чтобы отправить светлячка по ту сторону расширенного мной отверстия. Недостаточно, чтобы пролезть, но хватит, чтобы осмотреться, увидеть, что там в глубине.
