Место, где Туга поставил свое кудо,— лучше не сыскать. Справа течет шумливая, сбегающая с гор Юнга, сзади — тихая лесная Нужа. Перед жилищем — полукруглая поляна, покрытая густой травой. Поляну окружают лесные яблони, дальше густые заросли орешника. Слева до самой березовой рощи выжженная земля, тут же посеян овес. В роще — жилище богов и добрых духов. Сюда будут приходить поклоняться богам все люди старого Туги. Благо и они поставили свои жилища по соседству, на другом берегу реки.
Говорят, что раньше семья Туги была многочисленна. Потом старуха умерла, дочки вышли замуж, и теперь осталось у него три сына: Аказ, Ковяж и Янгин.
И с ними хлопот немало — воспитать надо настоящими муж-' чинами.
Вот сегодня идет старый отец на поляну к священной роще, чтобы посмотреть на утреннюю стрельбу младшего, Янгина. Есть старый закон предков — юноше не давать еды до тех пор, пока не поразит цель. И в каждой семье все неженатые парни по утрам выходят на поляну. У каждого только девять стрел. И если все они пойдут мимо цели, парню не дадут еды целый день.
За старшего отец не беспокоился: Аказ — лучший стрелок в этих лесах. Хорошо стреляет и Ковяж. А вот Янгин...
На освещенной утренним солнцем поляне стреляли Ковяж и Янгин. Отец, не показываясь, стал глядеть на сыновей.
Ковяж держит колчан младшего брата и подает из него стрелы. Стрел в колчане осталось всего три. Янгин поднял лук, прикусил губу и, сдерживая волнение, прицелился в небольшой кусок бересты, приколотый к осине, затем резко разжал пальцы. Стрела, мелькнув оперением, затерялась в кустах. Опять мимо! Янгин, не глядя на насмешливую улыбку брата, кивнул головой, чтобы тот подал ему еще стрелу.
В колчане осталось две стрелы.
— Я тебе говорю — не рви тетиву, плавно спускай,— поучает Ковяж, но и эта стрела летит мимо цели.
Янгин в отчаянии. Его смуглое лицо покрывается капельками нога, он кусает губы и дрожащими руками кладет на лук стрелу.
— Целься лучше! — кричит Ковяж.— Помни, что в колчане одна стрела! Последняя!
Когда Янгин берет последнюю стрелу, на его глазах появляют- н слезы. Ковяж видит это и говорит:
— Давай скажем отцу, что ты попал в бересту.
— Я не обманщик! — гневно произносит Янгин.— Ты хочешь, чтобы я стал злым человеком. Разве можно обходить закон предков? Можно ли гневить духов?
— Ты их уже прогневил,— насмешливо отвечает Ковяж.— Я был вчера в шкемын-ото1, разве ты отдал жертву Мардеж-ону? Эго он ветром относит твои стрелы.
— Хоть ты и старше меня, однако глуп. Я отдаю молитву и жертву Мардеж-ава. А владыка ветра — ее сын. Не будет же он идти против матери.
— Ты сам глупый! Мардеж-ава старуха, и она не видит, как ты стреляешь. Разве женское дело — стрельба? К тому ж она не сможет перейти завал из стрел, которые ты набросал в лесу. Иди, собери их, уважь закон предков. Иначе отец не даст тебе еды и сегодня.
Янгин понял, что брат смеется над ним, и со злостью замахнулся на него луком. Вспыльчив и горяч Янгин, и несдобровать бы среднему брату, если бы на поляну не вышел в этот момент Аказ.
он перехватил занесенный для удара лук и сказал строго:
— Скажи мне, Ковяж, когда я выходил с тобой на эту поляну, смеялся ли над твоими промахами? Научил бы стрелять сначала! Иди, собери стрелы!
— Пусть Янгин идет. Это его стрелы! — Ковяж повернулся к Аказу спиной, намереваясь уйти.
— Иди ты! Я сказал!
— Не пойду! За этого слепого щенка я бегать не буду!
— Будешь,— спокойно произнес Аказ и так сильно толкнул Ковяжа в спину, что тот мгновенно скрылся в кустах.
Аказ подошел, обнял младшего брата и ласково спросил:
— Вы что-то говорили про Мардеж-ава?
— Ковяж сказал, что владыка ветра относит мои стрелы в сторону. Врал, поди?
— Он правильно сказал. Но надо перехитрить владыку. Скажи, откуда сейчас дует ветер?
Янгин посмотрел на ветки деревьев и уверенно ответил:
— С правой руки.
— Верно. Когда будешь целиться, отведи кончик стрелы на полпальца вправо. Стрела полетит мимо дерева, но Мардеж-он подтолкнет ее, и она угодит куда надо. На, попробуй.
Мальчик поправил ременный пояс на холщовой белой рубахе, незаметно ладонью смахнул слезу обиды и положил стрелу на лук. Прицелился. Звонко тенькнула тетива, и сразу же раздался радостный клич Янгина. Стрела перелетела через поляну и воткнулась в кусок березовой коры.
— Эй-эй! — воскликнул Янгин и глазами, полными благодарности, взглянул на старшего брата. Потом он увидел колчан Ковя- жа, висевший на суку, подбежал к нему и выхватил стрелу. Теперь он имел на это право!
— Вот тебе! Так! Хорошо! — выкрикивал Янгин, пуская стрелу за стрелой.
На поляну выбежал Ковяж, взглянул на осину, утыканную стрелами, и недоуменно спросил:
— Это ты стрелял?
— Я! —мальчик выпятил грудь и ударил по ней кулаком.
— Врешь! Это Аказ.
— Я уже сказал тебе, что я не обманщик,— произнес Янгин и, поддернув спускавшиеся штаны, направился к дому. На опушке леса он заметил отца и, чтобы не показаться хвастливым, как можно равнодушнее сказал:
