Лис подтвердил всё, о чем мы договаривались до похода. Настало время определять дальнейшую стратегию. Устроились в небольшой комнате возле зала, где орали пьяные вояки, хвастаясь своими подвигами. Лис достал свёрнутый пергамент, расстелил на столе, это у него карта. Я в свою очередь достал наши карты и судовой журнал. Местный аналог премьер-министра малость окосел при виде моих записей и рисунков. Контуры берега-то он узнал, но подробности, с которыми была нарисована карта, его удивили, как и сетка координатная. Я её сделал относительно Ладоги, городок у меня вместо нулевого меридиана. Достал линейки, транспортир и начал, опираясь на карту и судовой журнал, докладывать результат похода. Кого видели, где и когда ходили, какие лодки и в каком количестве присутствуют на озере, зачем слоняются туда-сюда. Выходило, что народ на озере выжидательно притих, ожидая чем закончится торговый конфликт между словенаями и скандинавами. Потом перешли к бою с данами. Конкретики не дал, обойдясь фразой «встретили и убили», но вот информацию, что предоставил нам пленных, Лису донёс. Ждёт, говорю, вас, други мои, засада. Такие сведения Лиса не порадовали.
— С десятью лодками и двойными экипажами можем не совладать, — расстроился он.
— Ага, только ведь теперь-то они не знают, когда лодки ваши пойдут. Мы разведчиков того, перебили, а они ещё семь дней должны были сторожить караван. Ну, строй лодок ваш.
— Ещё пошлют или местных кого подкупят. Или всех перехватывать будут, у них и спросят, — резонно заметил Лис, впав в некоторую апатию.
— Надо думать, — я почесал затылок.
— Надо…
— Когда выходить хотите?
Лис недоверчиво посмотрел на меня.
— Мне не день интересен, мне интересно сколько у меня времени. Неделя, семь дней есть?
— Столько — есть, — Лис продолжал подозрительно коситься на меня.
— Про силы ваши не спрашиваю, не скажешь. И правильно сделаешь, тут у тебя и так много… разговорчивых, так сказать.
— На каждый роток не накинешь платок, то верно, — Лис наморщил лоб, склонился над картой, моей.
— А скажи, те кто в засаде собрались — это все их силы? У тебя же эти, разговорчивые, среди данов есть?
— Половина, — коротко ответил Лис, — остальные, как говорят э-э-э… добрые люди, на Варяжское море должны были пойти, из Полоцка лодки перехватывать. Но там Рюрик с Тревором и Синеусом их охраняют…
— Какой рюрик? Такой же как вы? В смысле, не русь?
— Ну да, только зовут его Рюрик. Его дружина на Варяжском море, получается, варяг он.
Вот те раз! Нашёлся-таки варяг «призывной»! Вот он где окопался! Так я тут получается, историю делаю? Вон и персонажи легендарные попадаются. Интересно, а как он потом в Новгороде-то оказался? Но это дело хоть и интересное, но не первостепенное. Надо что-то с данами решать…
— Значит, нам только эти даны угрожают, десять лодок, да в каждой по тридцать-сорок человек…
Лис поморщил лоб, видать, пересчитывал на свои семь-сорок да три-девять.
— Получается, надо нам упокоить под четыре сотни рыл, — подсказал я ему.
— Так и есть, — наконец-то пересчитал он, скорчив кислую мину от моих речей.
— Давай так, раз у меня неделя, ну, семь дней ещё есть, то сегодня отдохнём, завтра с трофеями разберёмся, я с Ториром посовещаюсь, лодку в порядок приведём, и как-нибудь поможем вам. Лады?
— Лады, будь по-твоему. Пошли на пир…
И мы двинулись в общий зал. Там праздник был в самом разгаре…
Подъём был тяжёлый. Объем выпитого да качка на тримаране, где мы ночевали, не способствовали бодрости духа. Я пошёл делать свой утренний моцион, встретил Кнута. Тот добавил мрачности в утро:
— Лодка течёт. Воды по щиколотку.
— По всем корпусам?
— Нет, только в большом, по центру.
— Ну это от тряски. Когда вал крутился, помнишь, как трясло? Вот эта вибрация и расшатала лодку.
— Чего? — Кнут, судя по выражения лица, не понял и половины моей речи.
— Я говорю, после работы машины надо протянуть крепления. Мы же их на болтах делали?
Это была правда. Когда только проектировали перестройку лодки в тримаран, Кнут хотел все сделать на нагелях да железных гвоздях. Вместе с ним покумекали и отказались от этой идеи. Выйдет гвоздь какой в походе — потонем. Да и о ржавчине не стоило забывать. Я ему предложил свои деревянные болты. Кнут впечатлился. Причём не от самих болтов, резьбу раньше он видел, а от того, что они все одинаковые. Да я ещё и масла в огонь подлил рассуждениями о твёрдости древесины, контргайках да шайбах деревянных. Теперь вот, от длительнойработы машиныи вибрации эти крепления и расшатались. Я не то чтобы предполагал такие проблемы, но к вопросам безопасности подходил серьёзно. Поэтому у нас была ручная помпа для откачки воды и инструмент для протяжки креплений. Причём делали лодку-то хитро, головки болтов были утоплены в древесину внешней стороны обшивки, чтобы не возникало сопротивление при движении. А гайки были изнутри, и для протяжки теперь даже лодку вынимать не придётся.
