Нам купец принёс серебро за лодку, в слитках-гривнах. Поделили с Ториром поровну, неплохо получилось. Заимев финансы на руках, я пошёл к кузнецу за медью. Застал в этот раз его за работой, объяснил, чего я хочу. Ещё и не преминул намекнуть, что, мол, тоже к некотором роде кузнец, коллега так сказать. Может, скидку сделает. Эффект был обратный — ценник взлетел. Спорили долго, в процессе выяснил, почему так. Кузнец торгует готовыми изделиями, а мне нужны листы, заготовки. Значит, если я тоже по меди работаю, то стану на Ладоге ему конкурентом. И смысл мне продавать материалы? Вдруг торговлю местному умельцу обрушу? Еле уговорил кузнеца продать мне листы, подмастерье, кстати, помог. Сказал, что я на лодке с Ториром, уплыву скоро, он меня на аукционе видел. Ударили по рукам, завтра он мне приготовит товар, тогда и оплата полная будет. Пока только задаток оставил, одну гривну. За это меня на смех подняли мурманы, там два рубля красная цена, я в четыре а то и в шесть раз переплатил. Обиделся на кузнеца, вот урод! Наживается на ровном месте! Ничего, сочтёмся.
Так и сел, весь недовольный, мастерить каверзу. Отвлёк меня Ждан, судя по помятому лицу, он вчера ещё долго сидел в кабаке. Присели на пристани, достали кваса и начали общаться про дела его скорбные. У дядьки горе — он плыл с товаром из Персии и повредил лодку. Еле дошёл до Ладоги, диагноз, который поставил ему корабел, был неутешительным — судно только на дрова. А Ждан планировал ещё раз пойти, пока погода позволяет! У него договорённости с персами, он им задаток за пряности оставил, а теперь забрать товар не может, потому что лодки нет. Вот и кинулся он искать, кто ему продаст. Тут наш аукцион, последняя надежда. Не срослось, купчина перебил, он себе в охрану судно искал и команду набирал.
Я налил ему ещё кваса, и предложил выход:
— Смотри, денег-то у тебя сейчас нет, да и мне они не сильно нужны. Могу тебе лодку дать за половину от того, что купчина взял.
Ждан изобразил удивление, пришлось чуть разъяснить:.
— Малость одна нужна мне. Провели меня к тем людям, кто стекло у вас делает. Ты же с ними дела ведёшь? Вот за половину цены и выход к стекольным мастерам и забирай лодку.
Ждан смотрел недоверчиво:
— Вызнать что хочешь? Тайно не проведу, охрана у них хорошая…
Ну вот как ему рассказать про простое любопытствоивзаимовыгодный обмен технологиями?
— Да не то чтобы вызнать, просто поговорить хочу. Мне надо, чтобы сразу с порога не послали, а дальше я сам. Вызнавать-то мне у них нечего особо, сам стекло делаю.
— Стекло стеклу рознь, у наших, ладожских, бисер хороший получается, ценится сильно…
Про это я уже слышал. Стекло тут не тара, а украшения. Но технология получения даже таких поделок мне бы пригодилась, авось, почерпну местных знаний и умений, а там и до телескопа дело дойдёт.
— А у тебя стекло какое? — поинтересовался Ждан.
— Обеслав! — чумазый мелкий вылез из машинного отделения, — Тушенки банку принеси!
Мы брали с собой часть запасов, в больших стеклянных банках. Оставалось ещё пять штук таких, вот мелкий и припёр мне одну. Ждан выпал в осадок. Вертел в руках нашу поделку, опознал внутри мясо, прозрел ещё больше.
— Вы что там, мясо храните!?
— Ну да, чтобы не портилось. Чего тут такого?
— Да хорошее оно у вас, цены немалой. Зачем в такую дорогую вещь мясо класть?
— А во что его ещё засовывать? — я пожал плечами, — Так ты это, проведёшь к местным стекольщикам?
— Да зачем тебе-то!? У них хуже стекло выходит! Вон, смотри, — Ждан снял сумку с пояса, и высыпал на ладонь достаточно крупные стеклянные поделки.
Потратил время на осматривание местных достижений народного хозяйства. Ну вот что тут скажешь? Красиво, спору нет. Местами очень даже тонкая работа попадается. Особенно глаз радуют бисеринки из разноцветного стекла. Но вот качество… Мне хотелось прозрачное получить, для окон и бутылок с банками. Мы с Буревоем для этого проводили достаточно сложную и многофакторную очистку сырья — песка, известняка, поташа. «Пробулькивали» и упаривали всё, часть только в производство пускали, да и расплав стекла, когда паровики появились, тоже пытались продувать воздухом. Стекло было, но зелёное, прозрачность была низкая. Более качественное, почти полностью прозрачное, делать получилось, когда поделками для торга занимались. Буревой примеси разные пробовал для получения разных цветов, и опытным путём дошёл до того, что зелёный цвет стеклу железо даёт, его частички в расплаве давали глубокий оттенок изумрудного цвета. Ну а когда электромагнит сделали, прогнали всё сырье через него, собрав железо, и получили неплохой почти прозрачный материал. Потом, правда, ещё кислотой серной, разбавленной песок хотели очистить — но тут вмешалась геополитика, с разборками с данами просто не успели этот опыт провести.
— Это ваш бисер? — я крутил в руках мутные разноцветные поделки.
— Ага, его возим. Твоё дороже пойдёт, если довезём небитым. Вещь хрупкая, — он аккуратно поставил банку, — а бисер сделать сможешь? Из своего?
