Поерзав и поплотнее прижав приклад к плечу, Чума поймала в паутину прицельной сетки одну из лодок и начала выбирать цель. Ур учил, что снайпер в бою не должен бездумно набивать боевой счет. Его задача — поддерживать остальной отряд, лишая противника командования, уничтожая опасные боевые единицы и всякое такое. Так что, проигнорировав плотно набитых в лодку бандитов, которых можно было прошить как бы не троих одной пулей, она прицелилась в двигатель. Время, проведенное в машинном в попытке слинять от работы, не прошло даром, так что, к собственному удивлению и восторгу, Чума поняла, что знает уязвимые места! В сам блок стрелять бесполезно — там толстый чугун, и пуля может его не пробить. А вот наверху, под крышкой, располагается множество пружинок, рычагов и толкателей, которые винтовочная пуля вполне способна снести. Кроме того, там же, только чуть выше, находится топливный насос высокого давления. И попадание в него тоже обездвижит противника. Прицелившись и взяв поправки, Чума мягко, как учили, выжала спусковой крючок.
Маганец, увидев, что рулевой лодки, получив пулю в живот, зашатался и выпал за борт, вскинул руки с удивленно-восхищенным «Валла!!!». Сама Чума выстрелом была недовольна и, быстро достав новый патрон, выстрелила еще раз. Уже удачнее. Пуля все равно ушла ниже и левее точки прицеливания, но разворотила что-то важное, и мотор со слышным даже с такого расстояния скрежетом заглох. Учтя ошибки прицеливания, она переключилась на следующую лодку и на этот раз взяла выше, но, по всей видимости, слишком сильно, пробив вместо верхней крышки установленный над мотором бак, из которое горючее поступало самотеком. Обычно поджечь топливо выстрелом сложно, даже специальным зажигательным патроном не всегда выходит. Так что Чума сильно удивилась, когда корму лодки объяло пламя.
- «Вай валла! Вай валла!» - маганец снова вскинул руки, гортанно крича. - «Видит небо, ты самая злая дженде, что я встречал!»
- «Вы не видели меня злой, Почтенный».
Один из налетчиков в горящей лодке вскочил, размахивая мачете. Азарт убийства, как тогда, во время абордажа, начал мутить голову, так что Чума, целившаяся, чтобы добить мотор, почти машинально нажала на спуск, всаживая ему пулю в живот.
- «Снова назовете меня дженде — увидите...»
Маганец посмотрел, как налетчик, совсем ребенок на вид, валится на дно, а потом на лицо Чумы, выражавшее почти эротическое наслаждение процессом, и, прошептав «тамам», что примерно соответствовало выражению «пиздец», на всякий случай отодвинулся подальше.
Чума достала последний патрон в магазине и приготовилась-таки остановить лодку, которая, несмотря на пожар, продолжала нестись по воде, но ту накрыло пулеметной очередью, и она переключилась на оставшиеся цели.
…
Багир, по понятным только горцам причинам, любил пулеметы самой пламенной любовью, которая только возможна между мужчиной и его оружием. Так что, когда Капитан распределял по судам огневые посты, он вызвался добровольцем только ради того, чтобы еще раз пострелять из МГ. Торжественно приняв пулемет из рук Боцмана, он поднялся на борт подопечного судна, держа его на плече, словно карабин на параде, и выпятив грудь колесом. Данное зрелище вызвало не меньший фурор, чем появление Чумы. Той с учетом габаритов была сделана поблажка, а вот Багир снаряжался по полному профилю — пулестойкий нагрудник, поверх которого он обмотался патронными лентами, пистолет на случай, если все-таки дойдет до абордажной, пара гранат, кинжал, сухарник с пайком, подсумок запасным стволом и принадлежностям, и каска.
После того как Бардья прикрутил к своей каске злобную личину, по «Интернационалу» пронеслась эпидемия модификаций защиты. И механики, ввиду наличия у них знаний, возможностей и материалов, извращались больше всех. Так, у Багира пистолет покоился в полуоткрытой кобуре, приклепанной прямо к нагруднику, а каска была снабжена выколоченным из стали вентиляционным грибком, пластинчатой бармицей и прозрачным забралом, согнутым из толстого куска оргстекла. Весило все это сооружение, конечно, изрядно, зато экипаж принимающего судна при виде такого красавца только рты пораззевал. У них у самих на вооружении были старенькие однозарядные винтовки, судя по состоянию, восстановленные местными кустарями, из которых стрелять на расстояние больше сотни метров было практически бесполезно. Только капитан щеголял относительно новой «магазинкой».
