Поразмыслив, Аргус зачерпнул горсть воды и выпил. В реке Ненависти вода должна была быть горькой, в реке Боли — обжигать, а в реке Страха отдавать гнилью. Про реку Слез никто из авторов не уточнял, но подразумевалось, что любой разумный человек понимает, что та будет соленой. Также не особо много было про реку Забвения, но там тоже понятно — скорее всего, её вода делает что-то с памятью и кто, после, что сможет про неё рассказать?
Вода на вкус была чистой и свежей однако, Аргус сделал неприятное открытие — ему хотелось пить. А в текстах прямо говорилось, что голод и жажда терзают только грешников навечно застрявших в глубинах Бездны. Или дело в том, что он еще на этом берегу? Задрав полы робы, Аргус, после некоторого колебания, ступил в воду, которая, судя по чистоте, должна была быть обжигающе холодной, но была, скорее, прохладной и в несколько шагов пересек речку. После чего дождался, пока уляжется поднятая муть и снова напился.
Странно… Аргус допускал, что река мира мертвых для каждого будет выглядеть по своему. Возможно, она будет бурным потоком только для грешника… И раз он так легко её пересек, не значит ли это, что он праведник? Но тогда почему вода по прежнему утоляет жажду? Взгляд упал на сочные ягоды, прятавшиеся под листвой в траве вдоль берега. Протянув руку, Аргус сорвал пару и внимательно рассмотрел. По виду ягоды походили на крупную землянику, но семечек было мало и они были значительно крупнее, а на вкус — сладкие, с легкой кислинкой. Больше есть незнакомых ягод не стоило, так что, встав, Аргус зашагал к развалинам.
Тогда, в Видении, он был слишком ошарашен происходящим, чтобы внимательно оглядываться вокруг. Но сейчас его никто не торопил так что, озадаченный противоречивыми выводами Аргус, поднимаясь, зорко ловил и подмечал каждую деталь. Согласно преданиям, Святой Сын читал свою первую проповедь среди руин имперской виллы, в буквальном смысле провозглашая новое учение на развалинах старого мира. Но чем ближе он подходил, тем яснее было, что это здание не имперской постройки. Видение было известно давно и, читая описания, в воображении рисовалось нечто древнее, из каменных блоков и с широкими плитами пола как в замках и церквях. Однако сейчас, приглядевшись внимательно, Аргус понял, что здание, чьи развалины он наблюдает, не древнее и даже не старое — на сломах стен явственно проступали формованные выемки, намекавшие, что постройка была сложена не из камня, а из пустотелых блоков. Плиты пола же были отлиты из бетона и встав на них и приглядевшись, он увидел проушины, предназначенные для того, чтобы перемещать их краном.
Связано ли это с тем, что те, кто описывал данное место просто не понимали, что видят, или же с тем, кто на него смотрит, Аргус не знал. В конце концов, если мир живых меняется, то почему не может, в соответствии с приносимыми ими представлениями, меняться мир мертвых? Или все это вообще — иллюзия умирающего мозга, пытающегося увидеть то, что, как он думал, должен увидеть? Но дверь была на месте. Подойдя к ней, он еще раз огляделся по сторонам. Тогда, в видении, его словно что-то толкало пройти именно через дверь. Сейчас, однако, такого чувства не было. Обязательно ли это делать или, все таки, можно обойти?
Решив, что это не то место и не та ситуация, чтобы оригинальничать и идти против устоявшихся правил, Аргус толкнул дверь и та, с тяжелым скрипом, распахнулась…
…
Домовладелец растерянно проводил взглядом посетителя, который сперва колотил в дверь игнорируя дверной звонок и табличку «Не стучать!», а потом отодвинул разгневанного такой грубостью хозяина и прошел внутрь, деловито осматриваясь.
- Кто вы такой и что вы себе позволяете!?
- Называйте меня синьор Ривелли… - у вошедшего был тяжелый фессалийский акцент.
- Так, мистер Ривелли..!
- Синьор… - взяв с письменного стола ручку, гость размашисто написал «Синьор Ривелли» прямо на обоях, - Нам придется часто общаться, так что я записал, чтобы вы не забыли.
- Я не желаю с вами общаться! Вон! И тут не курят! Немедленно потушите свою сигарету!
- Тише, синьор… Не надо нервничать… - схватив домовладельца за лицо, Ривелли толкнул его в сторону кресла, - Присядьте… И не вставайте — есть риск упасть и проломить себе башку.
- Что вы от меня хотите?!
- Я — страховой агент. Страхую ваше имущество от поджогов. Мы решили слегка расширить наш семейный бизнес. В Лимклифе, насколько я знаю, пока таких услуг не оказывают, так что мы решили застолбить этот город.
- Но мне не нужна страховка! Немедленно уйдите или я вызову полицию!
- Вызывайте… - наглый гость кинул на колени домовладельца телефон, - Скажите им, что какой-то хам расписался на ваших обоях и накурил. Наверное, они меня даже выведут отсюда… Но что будет дальше?
- В каком смысле?
- В прямом… - Ривелли стряхнул пепел и, затянувшись, поднес пылающий уголек к лицу собеседника, - Возможно, не все, пока, понимают, как им необходима наша страховка, но, после пары пожаров, изменят свое мнение.
- Вы мне угрожаете?!
