– Узелок, – Призрак стиснул в объятиях своего друга. – Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть. Знаешь, у меня создается впечатление, что за моей спиной зреет заговор. Все хитро улыбаются, но конкретного ничего не говорят.
– Да ты что? – удивился Лайгор, а потом рассмеялся, и его смех подхватили остальные. – Ну, тогда я в этом заговоре принимаю непосредственное участие.
– И почему я не удивлен? – покачал головой Атей.
Когда разумные немного успокоились, слово взял Галион Изумруд.
– Атей, здесь находятся командиры отрядов, которые уже устали топтать просторы Тивалены в поисках заработка. Их, конечно, можно назвать наемниками, но это будет правдой лишь отчасти. Никто из них не принадлежит к Гильдии наемников, и уж тем более они не являются вольными «псами войны», готовыми за полновесные золотые резать глотки любому, на кого укажут наниматели. И им всем нужен свой дом. В этом и заключается наша с Маруком просьба – дай им этот дом. Каждый мужчина лишь тогда будет считаться настоящим воином и лишь тогда не раздумывая бросится на клинок врага, когда он будет знать, что умирает не за пригоршню золотых, а за тех, кто нуждается в его защите – за своих детей, жен и их будущее, – он на мгновение задумался и продолжил: – И чтобы быть до конца откровенным с тобой, скажу вот еще что. Бедой всех альвов, и изгоев в том числе, является то, что они думают, что могут отсидеться в своих лесах от любых напастей. Да, в них мы практически непобедимы, но кто сказал, что их просто нельзя сжечь? Соберутся несколько людских королей, к примеру, пусть не сейчас, а через несколько лет. Или даже через сотню лет и пустив перед собой огненную стену, потихоньку будут выкуривать нас из наших лесов. Я, конечно, может, и сгущаю краски, но так может быть. Поэтому я и стремлюсь к тому, чтобы изгои выходили в мир. Но не в качестве наемников или скитальцев каких. Пусть у них будет новая родина, новый дом и свой правитель. И ты, князь, подходишь для этого как нельзя лучше. Тем более, – он подмигнул, – мы теперь родственники и изгоям будет легче принести клятву не какому-то высокородному со стороны, а мужу их бывшей княжны.
Сделав небольшую паузу, на протяжении которой внимательно смотрел на Атея, и поняв, что тот оценил его откровенность, он продолжил:
– Гаспар Стойкий, – высокий гном сделал шаг вперед и кивнул головой. – Командир отряда «Каменные лбы». Как ты уже, наверное, понял, в нем состоят исключительно гномы.
– Изумруд, – голос у командира гномов оказался с хрипотцой и очень низким, – давай ты расскажешь про своих изгоев, а про себя мы уж как-нибудь сами.
Галион ухмыльнулся.
– Характер, конечно, у гномов не мед, но это ты и без меня знаешь – не первый день с Окалиной общаешься. Ну да ладно, сам с ними будешь разбираться, – махнул он рукой и развернулся в сторону альвийки. – Здесь, в лагере, находится чуть более полусотни воинов-изгоев. Старшая среди них Элетра Яркая.
Девушка улыбнулась и кивнула князю.
– Знакомые все лица, – прищурился Атей, вспоминая альвийку, которая присутствовала на абсолютно всех тренировках Призрака, когда он был в столице изгоев. – Надоел родной лес?
– Нет, ваша светлость, – покачала девушка головой, – не надоел. Лес Изгоев навсегда останется нашей колыбелью, но почему бы не послужить достойному?
– А откуда ты знаешь, что я достойный?
– Проходимец не смог бы стать мужем Льдинки, – твердо сказала альвийка. – С разрешения Изумруда со мной пришли только молодые воины, кто совсем недавно заслужил право заплетать височную косицу. Лес Изгоев и без нас есть, кому защищать. Тем более в нем скоро не останется свободных мелиронов. Где жить нашим детям? У молодых разум не так зашорен – им будет легче принять новую действительность, которая будет отличаться от той, что была в их родном лесу. А уж для наших детей эта действительность вообще станет единственной. И потом, я полностью согласна с князем леса Изгоев.
Призрак ухмыльнулся. Это была не просто оговорка. Пришедшие на это поле воины-альвы Изумруда уже не считали своим князем.
– Призрак, – в разговор вмешался Марук. – У всех воинов, что находятся в этом лагере, причины присоединиться к тебе примерно одинаковы – они не видят будущего для своих детей там, где они выросли. Ну, может быть, за исключением каменнолобых – у них вообще, считай, родины нет.
– Ой ли, – покачал головой Атей. – Ну, хорошо, я еще могу поверить, что для изгоев это действительно так. Границы леса ограничены, а количество тех, кто его решит попробовать на зуб, давно сократилось до минимума, если вообще не исчезло. И с гномами понятно. Но ваши степи, Вихор, они же безграничны. Места хватит многим.
