Мне стало жалко Яшку на мгновение. Я вдруг представила себе, как он сидит там в своей однокомнатной квартирке, замотанный постоянной беготней и попытками пристроить хоть куда-нибудь свои карточки, — и набирает мой номер просто для того, чтобы в разговоре со мной ощутить себя крутым парнем.
Суперфотографом, который крутится в мире банкиров и фотомоделей и может легко соблазнить банкирских любовниц — было бы желание. А я все опошлила. Предложив найти ту, которую он предпочитал вспоминать как свою потенциальную подругу и которая в реальности быть таковой просто не могла. Вернув его из возвышенных мечтаний в тоскливую действительность.
— Вот так — предлагаешь мужчине провести с ним день, а он от тебя шарахается как от огня! — произнесла весело, говоря себе, что в принципе модельные агентства я могу объехать и без него. Потому что Людка Белкина, которая пишет у нас о моде, наверняка знает людей — а если и нет, я лично отыщу все адреса и телефоны и придумаю, как вытащить интересующую меня информацию. — А представляешь, я бы тебе ночь предложила вместе провести — вот удар бы был по моему самолюбию…
— Так ты ж не предлагаешь. — Яшка немного оживился, видно, я его утешила слегка своим кокетством. — Ты ведь что предлагаешь — по офисам мотаться целый день, а потом разбегаться в разные стороны. Да и чего по ним мотаться — я и так знаю, как ее найти. Зовут Иркой, учится в университете иностранных языков на переводчика — сама рассказала. Так чего там искать-то?
— Хорошо, я тебе предложу кое-что другое — в девять ноль-ноль я у тебя, едем печатать фотографии, а потом в Иняз. — Я говорила шутливо-приказным тоном, чтобы не задеть всего такого из себя чувствительного Левицкого, но и показывая ему одновременно, что я с него теперь не слезу. В переносном, разумеется, смысле. — И не возражай — без тебя я ее не узнаю. Она на фото наверняка в вечернем макияже, а может, и прическу специально сделала по такому случаю — да и вообще никакого сходства может не быть. А ты ее видел, так сказать, в оригинале — ты узнаешь. Мы с ней все обсудим — ты можешь не беседовать, если не захочешь, мне главное, чтобы ты пальцем в нее ткнул — и с меня ресторан. По твоему выбору…
Я плохо представляла себе, как мы будем искать в институте — ставшем университетом в силу моды на громкие названия — эту девицу. Я ведь училась когда-то в Инязе, и хотя он не такой огромный, как какой-нибудь технический вуз, но все равно три корпуса, и студентов тысячи три на дневном. Но это можно было решить — как и то, что с ней делать, когда мы ее найдем, как ее разговорить и что она мне вообще может дать. А вот каково мне будет в ресторане рядом с Яшкой, который, увы, не выберет убогое заведение, как Перепелкин, а назовет какое-нибудь более-менее приличное место в центре, — это был большой вопрос. Но сейчас все это было не важно — важно было лишь то, что в темном туннеле вдруг забрезжил слабый свет.
— Да чего ресторан — я тебя и сам пригласить могу, — начал было Левицкий, но и так понятно было, что он сдается. — Ладно, ты адрес мой запиши.
И не в девять приезжай, а в десять. А еще лучше в одиннадцать — выспаться охота…
— Как скажешь. — Теперь, когда я добилась своего, можно было побыть любезной. — В одиннадцать — значит, в одиннадцать. И знай, что я буду думать о тебе весь остаток вечера — и всю ночь…
…И вот сейчас я сидела в кабинете декана факультета, совершенно не зная, чего мне ждать. Потому что шансов на то, что девица соврала насчет института или просто выдала желаемое за действительное, было много. Равно как и на то, что Левицкий перепутал название учебного заведения — уж больно он неуверенно себя почувствовал, когда мы сюда приехали. Уж больно не хотел стоять рядом со мной у входа и изучать входящих и выходящих студентов, уж больно горячо убеждал меня, что никого мы тут не увидим, уж больно колебался насчет того, правильно ли расслышал ее слова, уж больно уговаривал меня уехать.
Так что я не исключала даже, что он просто все придумал — может, он и в самом деле хотел подойти к этой девице, но постеснялся, и разговор между ними происходил только в его воображении. А когда я начала его напрягать с агентствами, ляпнул насчет Иняза — думая, что от меня отвяжется.
Я встала и подошла к окну, выглянула на улицу — окно выходило во двор, а Левицкий ждал меня на лавочке перед входом. По крайней мере когда я уходила — он идти внутрь отказался наотрез, заявив, что это глупость и вообще нас не пустят, потому что не объясним мы охране, что нам тут надо, — то настояла, чтобы он ждал меня там и продолжал высматривать женщину своей мечты. Хотя, возможно, он был уже где-то далеко — смотавшись сразу, как только я скрылась из виду. Сказав себе, что потом отоврется — скажет, что получил срочное сообщение на пейджер и пришлось уехать.
