Зеленая бумажка от Борща и здесь добро сработала, он заплатил за постой меньше прочих. Чудной «ларь» с товаром приняли на склад, прежде списав номер. Корчма оказалась добротной, а его и купца из Вологды поселили в «номере» размером с его избу. Соседа звали Иван и он хорошо знал здешние порядки. Первым делом кучерявый гость заказал с кухни мясное хлебово и пироги. Пригласил к столу Горазда, а тот в накладке не остался, отдарился. Выставил угощение — кувшин свойской медовухи и копчёную стерлядь. Вопросов у него скопилось много.
— Ты не смотри, что торг тута чудной, — говаривал Иван, уплетая вкусную рыбку. — На деле всё по уму. Вот у тебя рыба, икра да скора. А как торговать будешь? Надвое не разорвёшься, князь разный товар в едином месте запретил продавать.
— Как же так-то? — растерялся Горазд.
— Неси скору на биржу.
— Куды?
— Дом то особливый, для гостей. Тама твои кожи осмотрят, оценят и тамгу поставят.
— А далече что?
— Далече то, — Иван прищурился. — Цену глаголь и иди рыбою своей торгуй с миром.
— Выходит скорою за меня торговать станут? И сколько же за то возьмут?
— Возьмут недорого, двадцатую часть от цены. Но торговать ею не станут. На площади бирку вывесят и ежели цена глянется, гость ту скору купит и со склада заберёт.
— Как так заберёт? А кто же мне резаны тады отдаст? Не согласный я на такое!
Иван долго втолковывал недалёкому Горазду азы биржевой торговали, но огнищанин с далёкого погоста так ничего и не понял. На следующее утро Горазд поступил проще, сдал кожу на биржу по фиксированной цене. Времени у него было мало. К тому же Иван пояснил, что место на торге идёт бонусом к номеру в гостинице, что несказанно обрадовало Горазда.
Торг поразил Горазда размерами и широкими, мощёными камнем проходами. От центральной площади с гостиницей, складами и биржей радиальными рядами расходились торговые ряды: рыбный, мясной, травный, хлебный и прочие. Они были укрыты от дождя арочной крышей, покрытой плотной, полупрозрачной тканью. Для поступления света служили малые оконца, над каждой лавкой висели свечные фонари. Подивился Горазд и прилавку: широкий стол с наклонными перегородками под товар, удобное кресло для сидения, несколько выдвижных ящиков. У задней стены бочонки с песком, водою и льдом. Много место было и для хранения товара. Ах да, ящик со склада привезли аккурат за пять резан, по малой дорожке с рельсом что шёл позади лавок. Ставни же и дверь добротные, укладом обиты и запиралась замком особливым, с цифрами.
Первым к нему явился не мытарь, а малец в белом кафтане с княжеским гербом на плече и змеёю красной. Рыбу обсмотрел через лупу, понюхал и говорит. Я мол у тебя две штуки на выброс забираю.
— Как так- то⁈ — Горазд в голос кричит. — Грабят!
Вои прибежали, и что бы вы думали! Ему же и леща и отвесили. Сказывали, что сие санитарный инспектор и ежели чего не нравится, никто тебя тута не держит.
Ну да ничего, с двух рыбин не обеднею. Наказал малец руки мыть три раза на дню, икру на льду держать и ходить по нужде токмо в туалет. Выдали и мыло, порядок навести да крапивы, мух отгонять. Обсказали, как ловчей лёд выкладывать под икру. Цельная история вышла с этой выкладкой. Но ништо, справился с божией помощью. К обеду уже пошли первые покупатели. Некоторые расплачивались не резанами, а диковинным монетами острова Туле. Всякими. Одни были из уклада блестящего, другие из похожей на злато меди, третьи же из лёгкого серебра. Соседи по прилавку наказали не боятся и монеты сии брать смело. Рассказали вот что: многие гости приехали сюда за товарами из Новосиля, те выставлялись в отдельном ряду. Так вот ихние товары куда выгодней брать новыми монетами, чем резанами али денге. Ко всему на бирже сидели менялы, обменивающие чудные монеты на «старое» серебро. Умом Горазд был не обижен и к концу недели сам уже выставлял стерлядь не только в резанах, но и в «осетрах», обменивавшихся на те, четыре к одному. Брал Горазд и асьминогов — гадов морских, «акул» и стальных «медведей», через что неплохо выучил латинскую цифирь. Гостям то и покупателям без всякой мзды раздавали листовки с рисунками монет и курсом, разъясняющие что и к чему на простых примерах в виде рисунков.
Горазд привычно ударил по боку. В увесистой калите приятно звякнуло. Осенний торг удался на славу. На богатую выручку прикупил жене бус из илектрона и самопрялку, детям сладких петушков и зайцев. В хозяйство уже присмотрел зубья на соху, штыковую лопату и добротный топор. Про зятя не забыл, взял свечную лампу и книжицу по разведению пчёл.
Сарай ал-Джедид. Белый город близ дворца хана
Даруга-бек Октай откинул золотую чашу с кумысом и грязно выругавшись толкнул ногой служанку, пытавшуюся её забрать.
— Пошла прочь грязная собака!
Его грузное, одутловатое тело мучила изжога. Он постоянно потел, так как плохо переносил жару, а ещё даругу жгла чёрная ненависть. А виной всему был Мистилав, недобитый Глуховский княжич набравший в его «даруге» неожиданно большую силу.
— Авызынны эшэрим! Как же я просмотрел, глупец!
