– Конечно, ты можешь, кто бы сомневался… Но сэр Рогро – джентльмен старой школы. Он, как я понимаю, ни за что не позволит тебе одиноко бродить в зловещей мокрой темноте. В случае чего, применит силу. А дерется он здорово, не чета мне, об его способностях до сих пор легенды ходят. Так что сопротивляться бесполезно.
– Макс, вы просто ясновидящий! – галантно поклонился издатель. – Вам даже астрология ни к чему. Впрочем, если все же надумаете, я к вашим услугам!
– Ты все же не очень-то выпендривайся с этим мертвым следом, Макс, – тоном школьной учительницы сказала Теххи, поднимаясь со стула. – Будет обидно, если с тобой случится какая-нибудь пакость!
– Одной пакостью больше, одной меньше… Но я, конечно, постараюсь ни во что не влипнуть, – пообещал я. – И мой тебе совет: дома ложись спать, ладно? Никаких экспериментов с томительным ожиданием и прочей лирической чепухой!
– После того количества выпивки, которое я умудрилась поглотить, у меня просто нет другого выхода! – пожала плечами Теххи. – А посему не воображай, будто я способна скорбно сидеть у окна, курить одну трубку за другой и ждать тебя. Не мой стиль.
– Это – самая лучшая новость, на которую я мог рассчитывать.
Я помахал им рукой и пошел к дальнему столику. Встал на след мертвого незнакомца в красном, и давешнее счастливое настроение испарилось, как роса в пустыне. Я пустил в ход свой нехитрый арсенал: сделал большой глоток бальзама Кахара и старательно засопел по методу безупречного Шурфа Лонли-Локли. Несколько секунд спустя жизнь, и правда, стала вполне сносной штукой. Я понял, что победил наваждение, и сделал несколько первых, осторожных шагов по следу мертвеца. Глаза боятся, а руки делают – вот как это называется. Все же иногда я – молодец.
Зов сэра Джуффина Халли настиг меня как нельзя более кстати. Я как раз усаживался в служебный амобилер, поскольку мертвый хозяин следа тоже приехал сюда на амобилере. Теперь мне предстояло выяснить, откуда он сюда приехал. Рассчитывать на короткое путешествие не приходилось: во всяком случае, Мохи-то он увозил за город.
«Хорошее утро, Макс!»
«А что, уже утро?»
«Ну, если уж меня подняли с постели и заставили ехатьв Управление, значит утро! Терпеть не могу работать по ночам».
«Логично… Вы уже что-то знаете о покойнике?»
«О нем пока ничего. Но его очки… Ты у нас действительно везучий! Думаю, ты раскопал очень интересное дело. Можно сказать, легендарное. Но об этом потом. Чем ты сейчас занимаешься? Опустошаешь мою бутылку с бальзамом?»
«Ага. Заодно пытаюсь разбить очередной амобилер. Вообще-то, я уже стою на следе этого неопознанного покойника, и мне очень трудно с вами общаться. Если можно, просто скажите, что я должен делать».
«Хотел бы я сам это знать… Ладно, иди по следу, если ужможешь! Никогда бы не подумал, что ты уже и на это способен!»
«Наверное, дело в том, что я тоже был мертвым, – предположил я. – Мы с ним – родственные души, вот и все!»
«Ну и шуточки у тебя… Ладно, когда приблизишься к финишу, немедленно сходи с этого грешного следа и дай мне знать, где ты находишься. Не суйся ни в какие помещения, пока не поговоришь со мной, ладно? Учти, в данной ситуации лучше переборщить с осторожностью. Меня настораживают забытые легенды. На мой вкус, с ними лучше не связываться…»
«Я буду очень осторожен. Жизнь прекрасна, а умирать я уже пробовал, и мне не понравилось! – заверил я Джуффина. – Передавайте привет Меламори. Отбой».
«Сам передашь свой привет: я успел отправить ее спать».
Распрощавшись с Джуффином, я сделал еще один глоток бальзама Кахара: наш Безмолвный диалог чуть меня не доконал. А потом взялся за рычаг и рванул с места: чем скорее все это закончится, тем лучше.
К счастью, за город ехать не пришлось. След мертвеца вел совсем в ином направлении, на Левый Берег. Я пересек мост Гребень Ехо и запетлял по узеньким улочкам между роскошных садов Левобережья. Немного покружив, оказался перед ветхими воротами. Вот, кажется, и все. Дожил-таки, хвала Магистрам!
Я вышел из амобилера и совершил неуклюжий прыжок в сторону – самый верный способ сойти со следа, на котором стоишь. Впрочем, некоторым счастливцам, вроде Меламори, достаточно просто обуться. Но мне обувь не помеха, я могу идти по любому следу, не расставаясь с сапогами. Зато и избавиться от этого наваждения бывает непросто.
Предрассветные сумерки засияли неописуемо. За какую-то четверть часа, проведенную на следе мертвеца, я успел забыть, что чувствуют нормальные, не обремененные смертной тоской, люди. Быть живым, легкомысленно верить в собственное бессмертие, стоять в мокрой траве под лиловеющим утренним небом – что может быть лучше!
Я сел прямо на мокрую землю и закурил. Меня трясло – не то от пережитой мерзости, не то от невыразимого облегчения. Заниматься дыхательной гимнастикой с сигаретой в зубах – что может быть глупее?! Тем не менее, это я и пытался проделывать. Очевидно, именно идиотизм ситуации так быстро привел меня в чувство. И я послал зов Джуффину, как мы и договаривались.
