И мы попробовали. Поначалу получалось, но несколько минут спустя колеса амобилера окончательно увязли в густой траве. Когда ехать дальше стало совершенно невозможно, я остановился, и мы пошли пешком. Шурф снял защитные рукавицы, я с нескрываемым удовольствием покосился на его смертоносные ладони.
– Ты бы наверное здорово удивился, если бы узнал, как меня успокаивает это зрелище! – Улыбнулся я. – Я имею в виду твои руки.
– С чего бы мне удивляться? Они меня самого успокаивают… Кажется, слева от нас, за деревьями виднеется какое-то строение. Если мне не изменяет память, дом Бакки Бугвина должен быть совсем рядом, верно?
– Ага. Если, конечно, мы с самого начала ехали по нужной тропинке.
Найти дом действительно оказалось легче легкого, мертвец нас не обманул. Этот Бакки Бугвин не слишком-то старался спрятать свое жилище. Видимо он действительно никого не боялся.
– Не забывай, что тебе полагается идти следом за мной, а не рядом, – напомнил Лонли-Локли.
– Не забуду… А если он нападет сзади? Хороши мы с тобой будем!
– Не говори ерунду, Макс. Меня не так уж легко застать врасплох. Честно говоря, это практически невозможно… А знаешь, он ведь здесь не один!
– Очередной вассал привез сэру Бугвину завтрак из человечинки? – мрачно усмехнулся я. – Интересно, нас пригласят за стол? Законы гостеприимства, и все такое…
– Нет, Макс. Все не так просто. Этот второй – не человек. Я пока не знаю, кто он, но не человек. Так что соберись. Будь осторожен.
Лонли-Локли выглядел довольно встревоженным, – насколько это вообще возможно.
Мы вошли в большой одноэтажный дом. Там было пусто и тихо. Слишком тихо для человеческого жилья.
– Здесь никого нет, да? – шепотом спросил я.
– Они внизу, – коротко пояснил Шурф. – В подвале. Ячувствую их у себя под ногами.
– В подвале, значит, – вздохнул я. – Как романтично!
Мы спустились по узенькой лесенке. Никаких осветительных приборов здесь не было. Но мои глаза уже давно стали глазами угуландца: я прекрасно вижу в темноте, хотя всякий раз ужасно удивляюсь по этому поводу.
– Еще ниже, – объявил Шурф.
И мы пошли еще ниже, по еще более узкой и ненадежной лесенке. Я мертвой хваткой вцепился в перила и не переставал проклинать сэра Джуффина Халли с его «философскими рассуждениями» касательно падений с лестниц и прочих роковых бытовых травм… Впрочем, с лестницы я так и не свалился. Можно сказать, повезло.
Я так сосредоточился на узеньких ненадежных ступеньках, что совершенно не заметил опасности. Яркий белый свет ослепил меня; я успел увидеть, как взмывает вверх левая рука Лонли-Локли, и, на всякий случай, присел на корточки, изготовившись к худшему. К тому моменту, когда я наконец-то сообразил, что на моих глазах вершится великая битва, достойная героев древности, все уже было закончено: Шурф опустил руку, а кучка серебристого пепла осела на пол в том месте, где только что стоял Бакки Бугвин.
– Уже все? – обрадовался я. – Так быстро?
– Как всегда, – пожал плечами Шурф. – Но это еще не все. С Бакки Бугвином покончено, но есть еще и второй.
– Который не человек? Думаешь, с ним будут проблемы?
– Там увидим. Для начала нам нужно его найти, а еще лучше – заставить прийти сюда. Будь наготове, сейчас я его позову.
Сияющие руки Лонли-Локли заплясали в темноте, вычерчивая замысловатые узоры. Белый огненный след на время рассеивал тьму, а потом угасал, оставляя бархатные шрамы на изнанке моих век. Ритуал заворожил меня, еще немного, и я бы подчинился этому гипнотическому ритму. Магистры знают, что бы я мог натворить в состоянии транса, но у меня, по счастию, хватило самообладания вовремя отвернуться.
– Он не придет, – разочарованно сообщил Лонли-Локли. – Мне удалось заворожить разве что тебя, да и то не слишком успешно. Придется отправиться на его поиски, Макс. Не самая заманчивая перспектива – бродить по этому подвалу, но я не вижу другого решения.
– Пошли, – согласился я. – А что это за существо, ты не догадываешься?
– Нечто мне незнакомое. Возможно, даже не слишком опасное, но совершенно неизвестное… Там увидим!
И тут мое второе сердце, происхождение которого было до сих пор не вполне понятно мне самому, настойчиво стукнулось о ребра.
– Ого! – охнул я. – Погоди-ка, Шурф! Сейчас я…
Неожиданно теплая волна чужих ощущений накрыла меня, и на несколько минут я перестал быть самим собой. Ну разве что в самом дальнем уголке сознания поначалу попискивали от ужаса жалкие остатки меня. Им, остаткам, было чертовски страшно, они не хотели никаких чудес, мечтали о возможности удрать домой, запереться в спальне, укрыться с головой одеялом и никогда больше не покидать безопасное убежище. Но их слабенький голосок было очень легко игнорировать, что я и сделал. И окончательно растворился в ином, незнакомом доселе сознании. Заблудился в трех потусторонних соснах, потерялся, утратил себя и был погребен в недрах чужой шкуры.
А потом все встало на свои места, быстро и легко. Пожалуй, подозрительно легко, но я был доволен. Покосилсяна невозмутимую физиономию Лонли-Локли и с облегчением рассмеялся. Теперь мне все было ясно, абсолютновсе!
