Я уже был готов ввязаться в дискуссию, но сэр Джуффин очень вовремя пихнул меня локтем.
– Макс, – вежливо спросил он, – ты уже выяснил все, что тебе необходимо?
– Наверное, все. А вам как кажется?
– Мне кажется, что самое важное – адрес. А его ты уже знаешь. Я продолжу беседу с твоим дружком. Если вдруг узнаю что-нибудь любопытное, пошлю вам зов.
– Сэр Джуффин, может быть Максу не нужно никуда ехать? – вдруг спросил Лонли-Локли. – Вы сами знаете, что я могу справиться и в одиночку. Собственно, так оно всегда и происходит.
– Твоя правда, сэр Шурф. И все же я придерживаюсь мнения, что в одиночку хорошо только посещать уборную… А почему ты не хочешь, чтобы Макс с тобой ехал?
– А зачем? Мне кажется, что ему не следует рисковать жизнью, когда этого можно избежать.
– Когда этого можно избежать, он и не рискует, – усмехнулся Джуффин. – Только когда невозможно. И не наша с тобой вина, что возможность не рисковать выпадает так редко… Между прочим, он вполне может остаться со мной, а потом пойти наверх, поскользнуться на лестнице и сломать себе шею! Никогда не знаешь, где начинаешь рисковать жизнью, это вообще непрерывный процесс… Так что отправляйтесь вдвоем, ладно?
Все это время я озадаченно переводил взгляд с одного на другого. Наконец я не выдержал.
– Прекратите меня пугать, ребята! Я и так уже испугался – дальше некуда. Но насколько я понимаю, мне придется закончить это грешное дело, поскольку я же его и начал, да?
– Правильно соображаешь, – обрадовался Джуффин. – Между прочим, я не собирался тебя пугать, а просто посмотрел на проблему как философ. Никаких дурных предчувствий касательно твоего падения с лестницы у меня не было, честное слово!
– Все равно теперь я буду держаться за Шурфа, поднимаясь по этой грешной лестнице! Знаете, какой я впечатлительный?
– Боюсь, что даже не догадываюсь! – рассмеялся шеф. – Ладно уж, поезжайте и привезите мне голову безумного поэта Бакки.
Он подмигнул мне и доверительно сообщил:
– Я собираюсь ее съесть, Макс!
Я покосился на шефа с суеверным ужасом. Злодей Джуффин хохотал так, что штукатурка со стен сыпалась.
– Даже мне смешно! – Лонли-Локли укоризненно покачал головой. – Где твое хваленое чувство юмора, Макс?
Я демонстративно пошарил по карманам и покачал головой.
– Понятия не имею. Но я же брал его с собой, когда выходил из дома, я точно помню!
– Вечно ты что-то теряешь, – тоном сварливой спутницы жизни заявил Джуффин. – Кстати, ты совсем забыл о нашем пленнике. Ты-то уедешь, а мне с ним день коротать…
– Забыл, ваша правда.
Я повернулся к мертвецу и распорядился:
– Ты должен остаться с этим человеком и отвечать на все его вопросы. Когда он разрешит тебе умереть, ты должен его послушаться.
– Хорошо, хозяин, – флегматично согласился труп.
А мы с Лонли-Локли покинули морг. Я честно выполнил свою угрозу: пока мы поднимались по лестнице, Шурфу пришлось-таки держать меня за руку.
Я сел за рычаг амобилера, Лонли-Локли устроился рядом.
– А почему ты хотел отправиться за головой этого типа в одиночку? – полюбопытствовал я. – Неужто видеть меня уже не можешь? С чего бы?
– Ты прекрасно знаешь, что это не так, – возразил Шурф. – Я могу тебя видеть. И по-прежнему получаю от этого немалое удовольствие.
– А что в таком случае? Скверные предчувствия одолели?
– Представь себе, нет. Никаких дурных предчувствий. Просто мне кажется, что смерть следит за тобой пристальнее, чем за другими людьми. Я не хочу, чтобы мои слова тебя испугали… во всяком случае, они не означают, что ты непременно скоро умрешь.
– А что же они означают, в таком случае?
– Только то, что, заполучив тебя, смерть обрадуется несколько больше, чем обычно. Поэтому тебе не следует ее дразнить без особой нужды, вот и все.
– Ладно, учту… Никогда бы не подумал, что кто-то будет напоминать мне об осторожности! Я ведь – довольно трусливый парень. Трусливый и очень осторожный. Даже слишком. Разве ты не заметил?
– Тебе так только кажется. Люди, знаешь ли, часто преувеличивают свои достоинства…
Мы, наконец, выехали из города и помчались через пригород. Несколько минут – и я свернул налево, в сторону маленькой деревеньки.
– Странное местечко! – заметил я. – До сих пор мне казалось, что деревни в Угуланде выглядят побогаче. Там всегда такие симпатичные домики – сам бы в таком жил, а тут какие-то убогие халупы…
– Это неудивительно. Деревня-то пустая. Здесь никто не живет с начала Смутных Времен.
– Да? А почему ее не отстроили заново?
– Зачем? Земли, хвала Магистрам, и так всем хватает. Никто не станет без особой нужды селиться на месте, с которым однажды уже случилась беда.
– Логично, – вздохнул я. – Выходит, наш великий поэт Бакки Бугвин поселился в очень глухом и безлюдном месте, да?
– Разумеется. Любой в его ситуации постарался бы сделать то же самое. В людном месте ему делать нечего… Наверное, нам нужно ехать по этой узкой тропинке.
– Не могу сказать, что она пригодна для езды на амобилере, но ничего лучшего я все равно не вижу! Значит попробуем.
