Они оба в лунном свете разбирались и умели его ценить. Долгожитель как живущий в гармонии с природой, а вампир как приток магических сил. Галеон гулял на этом месте, когда и Петербург и не планировался. Когда на этих болотах заправляла Яга.
В этот же вечер приехав домой Екатерина Константиновна запретила Кириллу общаться с Волославом. Сын долго протестовал, однако слово матери было твёрже алмаза. Хотя мать ощущала, что алмаз даёт большие трещины под давлением протеста сына.
— Сиди и играй на своей гитаре, а про Волослава слышать не хочу. — вспылила мать.
— Да ты просто ревнуешь! — в ярости выпалил Кирилл.
Мать замерла, в комнату зашла тишина. В этот неловкий и напряжённый момент даже глухой почувствовал бы дискомфорт от тишины. В комнату заглянула Полина с целью проверить все ли живы. Мать не подала вида растерянности. Женщина изо всех сил нахмурилась и расправила плечи, как это делают дворовые ребята перед дракой. Собственно, она и работала с такими ребятами уже почти двадцать лет.
— Да, сынок, я ревную. — холодно сказала мать. — Но запрет не связан с ревностью. Волослав не так прост, как кажется.
— С чего ты взяла? — с фальшивым удивлением спросил мальчик. Хоть от матери он смог скрыть фальшь, Полина мгновенно считала, что Кирилл знает то, о чём мать лишь догадывается.
— Я понимаю, что ты с ним сблизился, но ты не можешь трезво оценить, что за человек перед тобой. Волослав что-то скрывает. У меня есть опасения, что он может втянуть тебя в неприятности. Пока я не буду убеждена, что общение с ним для тебя безопасно я костьми лягу, чтобы ты не увидел этого поместья. — сказала мать, развернулась и ушла, не обращая внимания на возражения сына.
Полина подождала пока мать уйдёт. После чего, улыбнулась и пришла в восторг.
— Это Волослав научил тебя так мастерски врать матери?
— Нет, его подруга.
— У него есть подруга? — огорчённо спросила Полина.
Сестре Кирилла Волослав приглянулся с первой встречи. Даже информация о том, что ему якобы пятьдесят лет была переварена и принята. Однако, как девушка не старалась привлечь к себе внимание Волослав не обратил на неё должного внимания пока жил у них в доме. Должного в понимании Полины. Она была воспитана таким образом, что первый шаг должен сделать мужчина, а никак не она. Воспитание Екатерины Константиновны заложило в голову и сердце девушки, что делать первый шаг в отношениях ниже всякого достоинства. В понимании же Волослава Полина была всего лишь ребёнком, недавно закончившим школу.
— Она его родственница. — ответил Кирилл, но сам за два месяца так и не понял кем они друг другу приходятся.
— О чём умолчал? Рассказывай, не томи… — с неистовым любопытством наседала сестра.
— Не спрашивай, всё равно, не поверишь.
— Ну брааат! — настаивала сестра.
Кирилл посмотрел на сестру и задумался. Волослав не одобрит распускания языка. Если Полинка узнает подробности, то прицепится к нему как банный лист и тоже захочет учиться у Волослава. Всё-таки, знание рун и устройство скрытого от глаз мира в тысячу раз интересней чем учёба в государственном университете. Конечно, самостоятельно научиться накладывать руну или просидеть скучную полуторачасовую лекцию по философии. И дураку понятно, что Полька выбрала бы первое. Также Кирилл отдавал отчёт, что сестра не отстанет и нужно ей сделать вброс какой-нибудь информации. Кирилл две секунды сомневался. Эти две секунды показались двумя часами. Кирилл перебрал все наиболее удачные, по его мнению, варианты. Подросток сделал хитрый вид и оценивающе посмотрел на сестру. Да, он знал на что нажать, чтобы получить её лояльность Полины.
— А помнишь чай, который тебе так понравился?
Сестра с подозрением покосилась Кирилла. И кивнула головой.
— Скажем, я достану тебе упаковку, а ты не будешь меня расспрашивать и вставлять палки в колёса? — Кирилл сказал это с неожиданной для себя самого серьёзной вопросительно-деловой интонацией.
Сестра, поражённая таким предложением на секунду, застыла. Если бы Кирилл не знал, что это Полина, то в ту самую секунду мог бы принять её за восковую фигуру, украденную из музея.
После чего, девушка прикусила губу и пристально всмотрелась в брата. Она разрывалась. Выбор был слишком тяжёл для неё. На одной чаше весов был интерес, на другой очень редкий чай от которого девушка была без ума. В конце концов рано или поздно она всё равно узнает обо всём от матери если та докопается до правды. А в матери Полина не сомневалась.
— Откуда ты возьмёшь этот чай? Ты хоть знаешь…
— Знаю, предложение ограниченно по времени. — прервал Кирилл и многозначительно посмотрел на часы. И слегка пошатнулся, удивляясь своей уверенности и наглости, стоило сестре опустить взгляд.
— Скажи, это как-то связанно с криминалом?
— Я похож на уголовника?
— А разве мошенники похожи на уголовников? — съязвила Полина. — Если тебе ничего не угрожает, то я согласна на чай. Но если ты меня обманул я тебе в жизни не помогу ни с чем и руки не подам. И вообще и чай мне не нужен, главное, чтоб без историй закончилось.
