– Моя мать? Сама Судьба… Так кто же ты, а ну-ка покажись мне! Что знаешь ты о матери моей? Что за Владыка? Я требую ответов…
– Я не могу! Вы слышите сейчас только мой голос. Да и ответов нет на все ваши вопросы, могу лишь рассказать зачем прислал вам этот дар. Все ради одной просьбы… Ягод что сохраняют вашу красоту богиня, тысячелетье!
– Ягод? Пока я не пойму, зачем мне этот дар? И говоришь со мной ты сейчас на языке не моего народа… – она подошла к висящему на ветке Мону поближе и с пренебрежением посмотрела на его возбуждённую крайнюю плоть.
– Что есть такого в нем, чего нет в моих детях, что спят сейчас у моих ног? – только теперь мальчишка понял, что богиня с самого начала говорила с ним по асторийски, а он этого даже не заметил, отвечая ей на эльфийском.
– Он может стать кем только пожелаешь. Мужчиной, женщиной, как видишь даже эльфом. В обмен на ягоды дарю тебе его я.
– Зачем он мне? Любая ягода ценнее…
– А если он способен стать тобой? Твоею красотой, всем твоим телом. Ты знаешь, я ведь сейчас не лгу!
– Не лжешь и это правда, лишь истина слышна здесь в каждом слове. Тогда на ягоду одну готова обменять, не больше и не меньше! Торг здесь просто не уместен… И толь лишь для того чтоб посмотреть, как сможешь ты до ягоды добраться, раз только голос твой я слышу, а тебя здесь нет?
– Нет ничего богиня проще, чтоб это проверить. Мон сорви мне ягоду и брось вниз, она исчезнет, я вам обещаю.
– Так просто? Срывай же я согласна, давай смелее, я хочу это увидеть.
Мальчишка потянулся за ягодой и аккуратно сорвал лишь одну из висевших рядом, понимая, что нарушать договор не стоит. Огромная, величиной с кулак ежевика, чуть поместилась у него в руке. Мон некоторое время смотрел на нее обдумывая, а бросать ли ее ему сразу вниз. В его голове закружился водоворот из сомнений в этот самый момент, заставляя его сомневаться. Ему начало казаться что стоит только бросить ягоду вниз и мастера он больше никогда не увидит. Набравшись смелости и решив довериться учителю, он бросил ягоду вниз, глядя вместе с богиней за ее медленным полетом к голым телам эльфом, продолжавших спать далеко внизу. Ежевика вращаясь летела вниз, но так и не достигнув спящих тел исчезла, просто растворившись в воздухе, ни оставив после себя абсолютно ничего.
– Ну что же сделка совершилась, надеюсь ты доволен, посланник того, кого назвал Владыкой Вечности? – богиня стала искать взглядом место откуда до этого лился голос, но ответом ей было лишь молчание. Она продолжала поиски еще какое-то время, но вспомнив о своем подарке направилась к нему медленно ступая на быстро растущие ветки деревьев прямо у нее под ногами.
– Ну, Мон куа, я вся во внимании… Давай превращайся, ты должен показать мне то, за что я сейчас заплатила! – она была уже совсем рядом, так близко что Мон даже смог почувствовать приятный запах корицы, источаемый ее белой кожей. Поймав себя на мысли о том, что ему непременно нужно познать тело этой красивой богини, он вдруг тотчас вспомнил что его сверток с монетами остался в зелени, рядом с его одеждой. Она продолжала ждать, а он не знал, что ему ответить, понимая, что единственное во что он может сейчас превратиться так это в самого себя. Доверившись своим инстинктам, что забили тревогу трубя ему об опасности, он снова стал собой, отцепившись от ветки на которой висел и прыгнул вниз. Его мгновенное перевоплощение вызвало удивление у богини, которая с улыбкой стала наблюдать за тем, как совсем еще юный русоволосый мальчишка падает, абсолютно не боясь разбиться.
Мон закрыл глаза отринув от себя страх, надеясь, что учитель сейчас его подхватит и они оба исчезнут, навсегда из этого леса. Растворятся среди зелени, испарятся во тьме лесных троп, став одним лишь воспоминанием для обманутой богини. «Стоп! Эту же богиню нельзя обмануть!» Страх и ужас заполнили разум мальчишки, понявшего только сейчас, что он вот-вот разобьется, падая с такой высоты. Богиня почувствовала его замешательство и с легкостью подхватила его падающее тело ветвями деревьев, которыми она управляла. Они ласково подняли его прямо к ней положив рядом. Мон боялся даже пошевелиться понимая, что теперь ему никуда отсюда не деться. Она же ласково провела пальцами по его нежной почти детской коже на груди и оставшись довольной сказала:
– Так ты мне больше нравишься, оставайся пока таким. И да, теперь ты можешь не бояться упасть, я же рядом Мон куа… – она улыбнулась ему наклонившись к самому лицу и поцеловав в лоб, который покрылся испариной от переполняющего его страха.
