Волшебная гондола полностью

– Хосе Маринеро де ла Эмбаркасьон, гондольер. Да, эти двое из числа старейшин. Их слово – закон, их приказам нужно подчиняться, иначе наказание будет ужасным.

Я подумала о маске, которая оттягивала карман моей юбки.

Возьми ее и иди на праздник.

– Есть ли другие старейшины? – осведомилась я.

Она пожала плечами, будто сама не знала наверняка.

– И какие приказы ты нарушила? – поинтересовалась я.

– Ах, на самом деле это была просто дурацкая небрежность. – Она вздохнула еще раз, так глубоко, будто взвалила на плечи горести всего мира. – Я должна была кое-что выведать. Появившись в этом времени, я должна была вернуться, как и ты, при следующем повороте луны. И ничего не вышло – как и у тебя. Тогда стало ясно, что я должна выполнить задание.

– Задание? – встревоженно повторила я.

Она кивнула.

– Тогда мне объяснили, что мне предначертано предотвратить событие, которое плохо повлияет на будущее.

Это прозвучало очень знакомо.

– Тебе объяснили? Кто же?

– Мужчина, который тогда выудил меня из канала и втащил в красную гондолу.

– Я его знаю?

– Нет, его уже давно здесь нет.

– Не было ли у тебя при себе маски, когда ты упала в воду? – взволнованно спросила я.

Кларисса нахмурила лоб, на который падали спутанные волосы, и задумалась.

– Сейчас, когда ты меня спросила… верно. Вообще-то, она была у меня в моей «помпадур» [16], потому что она не подходила к моей прическе с птичьей клеткой.

– Это была маска кошки? – воскликнула я.

– Да, поэтому я ее и не надела. Кошка и птица, сама понимаешь. Они просто не сочетаются. А откуда ты знаешь, что это была за маска?

– Это я объясню тебе позже. Откуда она у тебя взялась? Случайно, не у старухи купила?

– Совершенно верно, – потрясенно сказала Кларисса.

– Ты, кстати сказать, уже видела эту монну Эсперанцу?

– Нет, только слышала ее имя. Видела я пока что только испанца-гондольера. А почему ты задаешь мне все эти вопросы?

– Ах, вот оно что. А какому событию ты должна помешать?

– Если бы я только знала! – сказала Кларисса. – Мне никто не сказал.

Я возмутилась:

– Но как можно наказывать тебя за что-то, о чем ты понятия не имеешь?

Она подавленно ссутулилась.

– Не спрашивай меня. Я только знаю, что в тот день я должна была пойти на важный праздник, но не пошла, потому что у меня была мигрень.

– Ох, – сказала я. Мои мысли неслись одна за другой, потому что ситуация, в которую в прошлом попала Кларисса, была так сильно похожа на мою. Не хватало еще только, чтобы у меня тоже случилась мигрень, из-за которой в наказание на остаток своей жизни застряну в этом времени без душа и дезодоранта.

– И что, на этом празднике должно было что-то случиться, чему ты могла помешать? – спросила я.

Она пожала плечами.

– Понятия не имею, может, это так, может, и нет. Мне об этом никто ничего не говорил. Мне только сообщили, что я совершила ужасную ошибку, когда не пошла.

Теперь сомнений не оставалось: я должна пойти на этот праздник, чего бы это ни стоило. Если я помешаю загадочному событию, каким бы оно ни было, мне наконец позволят вернуться домой. Хорошо, что у меня не часто болит голова!

Я глубоко вдохнула.

– Я по-настоящему рада, что мы об этом поговорили.

– Почему?

– Потому что как раз сегодня я должна отправиться на праздник. И хочу пригласить тебя пойти со мной.

Кларисса сказала, что, к сожалению, не пойдет. И даже если бы она и хотела пойти, это невозможно, потому что ей нечего надеть.

– Это не проблема, – сказала я. – У меня целый сундук платьев, и там найдется что-нибудь для тебя. Возможно, они окажутся тебе велики, но можно просто потуже затянуть шнуровку сверху.

– Матильда не разрешит.

– А почему нет? Ты допоздна горбатишься на нее задаром, каждый день, недели напролет. Почему тебе нельзя один раз немножко повеселиться? В конце концов, ты же не одна пойдешь. Я буду твоей компаньонкой.

– Ты – девушка, и тебе только семнадцать, так что это не считается.

– Бартоломео тоже пойдет, так что и мужчина-защитник будет.

– Ах, – сказала Кларисса.

– И монна Доротея тоже будет. – Мне не составило труда чуть-чуть исказить факты, чтобы они звучали поубедительнее. – Она – почтенная вдова, которая проживает в Сан-Заккариа и делит там келью со мной.

То же самое я повторила и Матильде после того, как спросила ее, можно ли Клариссе пойти на праздник у мессира [17] Тревизана со мной и монной Доротеей.

Матильда тут же объяснила, что об этом и речи быть не может, даже если я предложу ей мыть полы от заутрени до вечерни каждый день, пока не уеду.

– Куда ты уезжаешь и когда? – поинтересовалась она.

– В… Рим. За это время я узнала, что там у меня есть кузина. И отъезд запланирован через двенадцать дней. – В любом случае я надеялась, что это будет следующий поворот луны.

Матильду это, похоже, не переубедило.

– Я уже пять лет несу ответственность за это наглое, бесполезное создание. Никто не упрекнет меня, что я плохо отношусь к своим обязанностям хозяйки. От праздника, который устраивают богачи, не стоит ждать ничего хорошего. Там царит безудержная страсть к увеселениям и распутству. Там не место приличной даме.