– Не сейчас, малютка, – сказал он осипшим, низким голосом. – Я буду любить мою молодую жену не в спешке, а когда у нас будет много времени. – Он глубоко вздохнул. – Вставай и слушай меня. Прежде чем уйти, я должен тебе кое-что сказать.
Она слушала. Он приказал ни в коем случае не выходить из развалин и даже не греться на солнце перед домом. Он оставил ей еду, воду и одеяла.
– Если через три дня я не вернусь, попытайся пробраться на восток. В четырех днях пути отсюда в хижине живут Мег и Джон. – На ее вопросительный взгляд он утвердительно ответил: – Да, я их встретил. Они тебе помогут.
Она обвила руками его шею и в отчаянии прижалась к груди Сета головой.
– Пожалуйста, Сет, останься. Я не хочу потерять тебя снова.
– У тебя будет время подумать. Я хочу, чтобы ты была уверена насчет нас с тобой. Морган посмотрела на него.
– О чем ты? Ты хочешь меня, Сет? – В голове у Морган мелькнула очень неприятная мысль, и взгляд ее посуровел. – Быть может, ты меня не хочешь? Ты просто желаешь провести год в удовольствии как мой муж, прежде чем получишь обещанные деньги?
Она сказала это, не подумав, и испугалась. Реакция Ceia ее изумила. Он откинулся назад и расхохотался, а потом, подхватив Морган, закружил ее вокруг себя.
– Сладкая моя, малютка Морган. Неужели ты так плохо меня знаешь и решила, что я женился ради денег? По-моему, я влюбился в тебя, когда ты бросила на Синтию Фергюсон полный ненависти взгляд. В этом уродливом коричневом платье ты была такая печальная. Твоя поникшая головка пробудила во мне жалость. А потом, всею на секунду, твои глаза сверкнули. И я попался. – Он, смеясь, поцеловал ее.
– Ты говоришь правду. Сет? Ты меня любишь?
– Я всегда тебя любил.
Морган слегка нахмурилась:
– А что же ты мне раньше не сказал? Он снова засмеялся:
– Чтобы ты меня отвергла? Ведь ты бы мне не поверила. – Он крепко поцеловал ее. – А теперь, моя любовь, я должен ехать. Ты сделаешь так, как я сказал, и останешься здесь?
Морган кивнула, и Сет продолжил:
– Я скоро вернусь. Ты все еще будешь меня любить или… снова передумаешь?
– О нет! Я не передумаю, Сет. Но ты опять надо мной смеешься? – Глаза ее сузились.
Он улыбнулся, прижал ее к себе, схватив в охапку, и поставил на землю.
– Буду думать о тебе, моя любовь, каждую минуту. – Он повернулся и ушел.
Морган внимательно вслушивалась в замиравшее цоканье копыт Когда снова стало тихо, она повернулась к стене, та была уже не такой теплой, как когда тут был Сет. Морган почувствовала себя очень маленькой и очень одинокой.
По ее щекам катились слезы.
– Нет! – громко сказала она. – Я не буду плакать, для этого нет никаких причин: ведь Сет скоро вернется.
Морган решила обследовать развалины и этим заполнить долгое ожидание. На задворках деревни находилась свалка, и она нашла там много черепков и костей.
Через два дня деревня с ее черепками и обрывками старинных тканей надоела Морган. Одежда ее испачкалась, и она легкомысленно выпила почти всю воду, оставленную Сетом. Морган стала осторожно спускаться по каменным ступеням на дно каньона. Она старалась идти так, чтобы ее скрывали деревья и кусты и никто не смог бы увидеть ее ни из каньона, ни с вершины горы.
Спустившись вниз по ручью, Морган нашла небольшую заводь, окруженную валунами и зеленой в сережках травой. Она разделась и вошла в чистую, прохладную воду. Вымывшись, Морган выстирала хлопчатобумажные брюки и рубашку и разложила их на камнях сушиться, а сама легла на скале и задремала под лучами уже заходящего солнца. Наслаждаясь прикосновением нагревшегося песчаника к обнаженному телу, она вспомнила Сета.
Хлоп! Сильная боль от шлепка по голым ягодицам заставила ее широко открыть глаза. Быстро перевернувшись, она увидела над собой Сета – глаза его яростно сверкали.
– Я наказал тебе никуда не показываться. Что ты тут делаешь, растянувшись на виду у всего света?
Морган нахмурилась, начиная злиться сама, и хотела было ответить.
– Не желаю слышать ни одного слова в оправдание, черт возьми! Я слыхал, как ты спускалась по тропе, словно буйвол. – В его глазах плескалось бешенство. – И тебя каждый мог бы увидеть с хребта, как ты купалась. А теперь вот растянулась, накликая беду.
Злость Морган прошла, и она с трудом подавила смешок.
– Чему, черт подери, ты смеешься? Я рискую жизнью, чтобы ты была в безопасности, а ты разлеглась тут и смеешься!
Морган улыбнулась Сету, напустив на себя невинный вид:
– Если ты слышал, как я спускалась по тропе, отчего же не поспешил ко мне? Почему дожидался, когда я закончу купаться? – Решив подразнить его, она повернулась на бок: – Ты сказал, я накликаю беду. Какую же?
Он уже успокоился и сгреб ее в охапку.
– Черт подери, Морган! Ты не должна была выходить из развалин. Спускаясь, ты подвергла себя опасности. – Сет говорил серьезно.
– Да что же могло со мной случиться, когда ты был уже здесь?
Он рассмеялся.
– Надо бы мне тебя хорошенько отшлепать, да боюсь, тебе это понравится. – Он уже говорил спокойнее. – Я так о тебе беспокоился. Пожалуйста, больше не подвергай себя случайностям.
Теперь Морган огорчилась, что заставила Сета волноваться.
