— Пишут студент МАИ. — Молодая женщина в светло-синем комбинезоне и волосами подвязанными алым платком, обклеившая свою каморку фотографиями актёров и знаменитостей, ткнула пальцем в статью.
— Да, щас. — Пожилой мастер, помнивший ещё водителей Сталина, негромко рассмеялся. — Так бы ему и дали «Догонялку». — Непростой юнош. Опять же «За боевые Заслуги», медаль вроде, а нужно лично в глаза врагу заглянуть. Так что, это сто процентов наш парень.
Виктор этого ничего не слышал, и крутя баранку размышлял о том, что буквально через пятнадцать лет, от мощного рычага под названием «партия» останется только горка ржавчины, и ещё очень долго придётся собирать общество из осколков.
Метнувшееся к дороге нечто, Виктор отследил лишь краем глаза, чуть вильнул в сторону и прижал тормоз.
— Девушка, чего это вы под колёса кидаетесь? — Виктор, перегнувшись через пассажирское сидение, открыл правую дверцу.
— Простите пожалуйста, мне очень срочно надо. — Молодая девица в лёгкой дублёнке, меховой шапочке и высоких сапожках непрактичного светло-коричневого цвета, заглянула в машину. — У меня поезд прибывает через пятнадцать минут! А такси нет!
Виктор бросил взгляд на наручные часы.
— Садитесь. — Посмотрел, как она устраивается и захлопывает дверь. — И пристегнитесь. — Он пальцем показал на ремни. — Можно не все, но хотя бы пару штук.
— А это зачем?
— Сейчас узнаете. — Убедившись в том, что она пристегнулась, мягко тронул машину постепенно разгоняясь. Выскочив на осевую, ускорился до ста километров в час, внимательно следя за ситуацией вокруг. Увидев спешащего к дороге сотрудника автоинспекции, дважды мигнул дальним светом, и коротко брызнул из-под капота проблесковым маячком, и дорожный инспектор сразу потерял к нему интерес, а разглядев на машине спецномера, даже отдал честь, на всякий случай.
Успели вовремя. Через десять минут Виктор остановился у входа на Ленинградский вокзал, и распахнув дверь, девушка выпорхнула наружу, оставив на торпеде чуть мятый трояк.
Усмехнувшись Виктор смахнул денежку в пепельницу, где держал всякую мелочь, и рыкнув мотором покатил в сторону института. До занятий оставалось ещё полчаса, и можно было не торопиться.
Одной из особенностей Первого факультета МАИ была лётная подготовка студентов, и на втором курсе они начали изучать собственно лётное дело. Практическую аэродинамику, управление и прочее. В качестве «летающей парты» в МАИ использовали ЯК-18 стоявшие на аэродроме Лётно-Испытательного Института в Жуковском. Но на аэродром пока не ездили. В МАИ было полно тренажёров в виде полноценных кабин где можно было изучать расположение приборов и органов управления.
А ещё в МАИ было огромное количество разных мероприятий, концертов, и клубов, но скользнув глазами по афишам и стенным газетам в холле, Николаев поспешил к машине. Сегодня они с Татьяной договорились пойти на спектакль «Маски» Театра Аркадия Райкина. Билеты удалось купить, отдав в кассе тройную цену, но Виктор так редко выбирался куда-нибудь, что запросто переплачивал за билеты.
Одет он был вполне прилично, так что заезжать домой и переодеваться не было смысла, и Виктор сразу поехал в Гнездиковский переулок, где снял квартиру для подруги.
Нина Харрис была не кабинетным работником, а именно полевым аналитиком, работая в непосредственном контакте с оперативниками и часто непосредственно на месте событий.
Информацию по Виктору Николаеву, пришлось проверять несколько раз, но она была столь противоречивой что в обычное время она просто отступилась бы, предпочитая понаблюдать за развитием ситуации со стороны. Но всё изменилось довольно быстро. Рядовой скандал с задержанием нескольких идиотов решивших установить микрофоны в штабе Демпартии в отеле Уотергейт, быстро обрастал неприятностями не только для причастных, но и для руководства Центральной Разведки, и всего Центрального Разведуправления. Комиссия Сената США, в которую вошёл не только Генеральный прокурор, но и Верховный Судья, трясли всё ЦРУ вытаскивая факты совсем неприятные, о пытках во Вьетнаме, торговле оружием и что самое неприятное, о прослушке членов Конгресса и Сената. И вот только за это их всех могли подвесить на суку, предварительно вываляв в смоле и перьях[54].
А значит им никак нельзя возвращаться из Москвы без результата, хоть какого-нибудь. Успешная операция сейчас нужна Управлению как воздух, и Нина была готова этот успех обеспечить, даже если для этого нужно было пойти на определённый риск.
И вот теперь они сидели в засаде и ждали появления Виктора Николаева на квартире его любовницы. Девчонка связанная и с заткнутым ртом сидела под охраной одного из людей Нины на кухне, а ещё двое боевиков и она ждали в зале.
Звонок в дверь прозвучал громко, и требовательно. Виктор Николаев явно не хотел никого ждать, и настойчиво трезвонил в дверь.
— Пит, открой нашему мальчику.
Татьяна всегда спешила открыть, говоря по дороге, что-то вроде «Вот нетерпеливый, да уже иду, ну…» И двигалась всегда беззвучно, как и полагалось мастеру спорта по спортивной гимнастике.
