Ствол щелкнул, дернулся во вражеской руке. Просвистела пуля, пробила рядом с головой Алисы стену погреба. Вздрогнула земля русская. Прям, Змей Горыныч об одной голове. Окаянный.
Пленница закричала.
Сейчас бы порчу на гада наслать. Или хотя бы сглаз. Да не умеет он.
– До трех считать не буду. Это не кино, – ухмыльнулся однофамилец знаменитого бандита, – вылазь.
А вот интересно. Допустим, застрелит он Алису. (Допустим!) Какой тогда резон Гончарову исполнять волю пристебаев столбовских? Никакого. Стало быть – нет резона и стрелять.
Но теория – это одно. А что у этого рыбачка на уме?
– Позвони Корнилову! Или Вересову! Все решим! Я все сделаю.
В конце концов, прав Девятов. Пусть между собой разбираются.
– Менты где?
– Какие?
– Которые яблоки покупали.
– Здесь!
Последнее слово произнес не Гончаров. И определенно, не Алиса. Последнее слово произнес былинный богатырь Андреев по прозвищу Нах-Нах.
И от слова этого побледнел Змей Горыныч, растерялся. Потому что к слову прилагалась «плевалка» под названием пистолет Макарова.
– Пушку – на – пол – руки – в – гору! – отчеканил железом богатырь земли русской волшебное заклинание.
Испугался Змей, не стал устраивать перестрелку, не прыгнул в окно. Понял, что только усугубит. К тому ж всегда есть запасной вариант – финансовый. Не оставит его в беде Кощей Бессмертный. И переквалифицирует следствие или суд статью о похищении человека на мелкое хулиганство. Положил пистолет на пол, поднял руки. Звучно щелкнули оковы. Луч фонарика прорезал тьму.
– Романыч! Ты здесь, что ли? Выходи.
И настало время правды. Настало оно в кабинете Александра Захаровича Корнилова. Присутствовали: упомянутый Корнилов, начальник службы безопасности Вересов Борис Николаевич. Докладчик: Гончаров Андрей Романович. Время доклада – одиннадцать ноль-ноль по Москве, продолжительность – две минуты, согласно регламенту. Затем – прения сторон. Протокол собрания никто не вел.
– Вчера некий Виктор Олегович Пантелеев со своим приятелем похитил Гордееву Алису… Вывез на машине «скорой» из дома, перегрузил в джип и спрятал в деревне Большие Дзюбы Новгородской области у своего престарелого родственника. Вы в курсе, господа?
За господ ответил Вересов.
– Нет. Не в курсе. И что?
– Кажется, он ваш подчиненный. Вы ничего не хотите мне рассказать?
Начальник СБ наморщил лоб.
– Пантелеев, Пантелеев… Да… Есть такой. Вот урод… Видимо, он таким способом решил найти ее мужа… Это его инициатива, он не докладывал.
– Муж, кстати, жив-здоров, хоть и прячется в психиатрической клинике. Только звонили почему-то мне. И сказали, что отпустят Алису после того, как я назову Илье Михайловичу нужную кандидатуру. Кто-то знал, что у нас с ней довольно близкие отношения.
– Андрей, я тут совершенно ни при чем! – первым застолбил место Корнилов.
– Я тоже! – воскликнул Борис Николаевич.
– Что ж… Значит, это звонили по просьбе Вити Пантелеева. Это понятно. Надеюсь, он понесет соответствующее наказание. А я, собственно, я хотел узнать только одно… Чью кандидатуру все-таки надо назвать Илье Михайловичу? Ведь вы же просили оба.
Корнилов и Вересов переглянулись. И было в их взглядах много-много-много негатива.
– Я не понимаю… О чем ты? – снова хором спросили джентльмены.
– Все о том же… О волшебстве, – улыбнулся Андрей Романович, – вы тут сами тогда решите, кто из вас достоин. А это тому, кто победит.
Он поставил между ними маленького ангела.
– Амулет. Заряжен на удачу. Пока.
Волшебник еще раз улыбнулся и исчез.
Ангел действительно был заряжен. Кудесник Девятов зарядил. Микрофон, передатчик, глазок, батарейка. И полетел сигнал из одного кабинета в другой. Сквозь стены и преграды. И не волшебным образом превращался в картинку на мониторе фирмы «Samsung». А монитор тот стоял на столе Великого и Ужасного. Столбова. Ильи Михайловича. Смотрел президент «Роскоммуникаций» на монитор и думал – почему в нашей могучей и сильной державе нельзя выпускать такие же мониторы? Какие такие злобные силы мешают? Может, те, что сейчас на экране?
А силы упомянутые устроили разборку, забыв о всякой осторожности.
– Значит, как бабу воровать, так вместе, а как завод, так… Ну ты гнида, Боря… – упрекала сила по фамилии Корнилов.
– Сам ты гнида! – возражала вторая сила. – Вконец оборзел! Всё тебе мало, мало! Еще и завод к рукам приберешь! Угомонись, родной! Хватит страну дербанить, козлина!
– Какая страна, утырок? Про особняк лучше расскажи недостроенный! Сука!
И пошла сила на силу! И сцепились они в схватке рукопашной, смертельной. И придушил бы Борис Николаевич Александра Захаровича голыми руками, повалив его на ковер. Но вмешался добрый барин. Снял трубку, нажал кнопку.
– Разнимите, а то прибьют друг друга…
Повесил трубку и добавил со вздохом:
– А лучше б прибили.
– Ну что? Теперь поверили? Поняли, почему у вас болела голова?
Столбов оторвался от монитора. На пороге кабинета стоял Гончаров.
– Им скажите спасибо, – он кивнул на монитор, – и секретарше, которая вам чаек готовит… Они и Варфоломея вам подогнали, да? Вернее, Сергея.
– Да, – нехотя согласился Илья Михайлович, – где он?
