И они вышли во двор, занявшись срочным делом.
Когда вернулся Перси и выслушал мрачную историю, то глубоко озадачился:
— Отец, я не понимаю логики Гринграсса. Зачем он превратил инспекцию в бандитский налёт? Вернее, зачем ему понадобилось во что бы то ни стало очернить нас? Всех нас. Хотя зачем, понятно, но почему в такой вот форме? Я запутался, — честно признался префект.
— Логика — это наука, сынок, — печально ответил Артур, сидя во главе стола с графином свежего сока ягодного микса на вышитой дочкой салфетке. — А мотив у клики Гринграсса как у загнанных в угол крыс. После чистки министерства и суда от клеймённых, новый министр магии при поддержке верхового чародея и главы ДМП принялся за внутренние расследования. «Пророк» писал об их начале и некоторых вопиющих случаях, быстро вскрывшихся. Коррупция держится на шантаже тех, у кого рыльце в пушку. Компромат вскрывается. Клику Гринграсса вряд ли бы помиловали, но могли бы смягчить наказание, сумей они превратить нас в преступников.
— Почему именно нас, пап? — допытывался Перси.
— Потому что мы в Визенгамоте громко победили министерство. Сейчас нам за три смерти могли бы инкриминировать превышение самообороны, но авроров нет до сих пор, значит, о смертях не доложено. Почему? Коррупционеры пошли ва-банк, поставив всё на темномагический артефакт. Я поначалу думал, что Пожиратели Смерти сами нападут ночью, как обычно делали в прошлую войну. Но сейчас полагаю, что коррупционерам надо ослабить Аврорат и заодно списать на нас трёх убитых, поэтому кто-то под Империо инициирует поздний визит, скажем, под предлогом возврата имущества, подбросит трупы под оборотным зельем и в подлинных вещах убитых, после чего активирует темномагический артефакт, чтобы тот убил его и стандартный наряд авроров сопровождения, желательно и нас всех тоже. Поднялась бы знатная ночная неразбериха с ухудшением ситуации для нас и министерства. Вот тогда бы мы не смогли доказать свою полную невиновность, а коррупционеров просто уволили бы вместо Азкабана и конфискации незаконно нажитого имущества. Выражаясь в терминах шахмат, у них цугцванг, который они хотят преодолеть с наименьшими потерями.
— То есть нам надо успеть применить Фиделиус до ужина, — подытожил Перси.
— До ужина не получится, родненькие, колдовать столь могущественное заклинание надо сытыми, — вставила своё слово Молли. — Сразу после ужина.
— Это риск опоздать, безусловно, — предупреждая реплику сыновей. — Наш дом чист от подброшенных нам темномагических артефактов. Коррупционеров строго накажут в ходе разбирательства, но и нас это не избавит от наказания и обыска со вскрытием всех половиц и простенков. Фиделиус защитит нас от произвола и выставит коррупционеров виноватыми в трёх смертях, о которых те не доложили по протоколу.
И семья принялась изучать копию фолианта из Запретной секции Хогвартса.
Фиделиус в быту называли чарами доверия из-за одного из принципов его действия. Эти защитные чары скрывали местность ото всех посторонних, да так, что убиралась любая информация в любых источниках, словно сам Мир забывал о кусочке себя. Тайна запечатлевалась в Хранителе, и никаким образом её оттуда извлечь не представлялось возможным. Раскрыть секрет местонахождения сокрытого под Фиделиусом можно только добровольно: либо назвать или написать точный адрес, либо лично провести за руку. Никто другой не сможет раскрыть секрет — не сможет никого пригласить или провести за собой. Если изначальный Хранитель умирает, то все посвящённые в тайну становятся Хранителями.
— Понятие добровольности растяжимо, — указал Поттер во время общего чтения фолианта за столом в семейном зале «Норы». — Мне приходилось добровольно отдавать Дадли списывать готовые домашки, чтобы избежать тумаков после школы.
— Да, быть Хранителем опасно. Но кто, если не я? — произнесла Молли. — Я домохозяйка, редко выхожу. Гостей мы редко принимаем, а теперь их вовсе не будет. Жаль, но стерпим. А вы, дети, по-прежнему сможете встречать своих друзей в деревне и играть в лесу.
— Угум… — Рон обеими руками держался за голову, пытаясь осмыслить обрядовое таинство.
— Тут сказано, что почтовые совы смогут нормально летать к сокрытому объекту, — указал Перси.
— У нас всех есть почтовые ящики, — напомнил Артур.
— А почему нельзя установить правило наследования Тайны? — поинтересовался Гарри-Грегарр. — Если поймают и запытают, то вместо раскрытия достаточно передать наследнику.
— А как это сделать, Гарри? Обряд рассчитан под конкретные условия, — указал Артур. Пошелестев страницами, дополнил: — Формулу замучаемся пересчитывать.
— Ну, кто проводит обряд, тот и задаёт правила, верно? — предположил Поттер.
— Риск напортачить, Гарри, чреват серьёзными последствиями. Вот, среди предупреждений говорится о возможности вместе с объектом исчезнуть самим людям. Память о нас сотрётся у всех так надёжно и необратимо, что нас потом вообще никто и никогда не узнает, — Перси указал пальцем на нижнюю треть страницы.
