— Должно быть, вы и впрямь могущественные маги, раз столь легко говорите о построении того, чего нельзя создать!
— На самом–то деле, мы вовсе не считаем это магией, — возразил Гар.
Алеа бросила на него испепеляющий взгляд.
— Говори от своего имени, дальногляд. — И снова повернулась к Майре. — Магия это или нет, но у него такое получится. Ты будешь в безопасности, девушка, покуда путешествуешь вместе с нами. Ну хорошо, мы доказали свою дружбу и назвали тебе свои имена — а как тебя зовут?
Майра снова перевела взгляд с одной на другого. Оба теперь как будто стали какими–то менее высокими, похожими скорей на людей, чем на великанов. Она почувствовала, как напряжение спадает.
— Майра. Меня зовут Майра.
— Отлично, значит Майра, Алеа и Гар, — кивнула Алеа. — Ты можешь нам сказать, девушка, что такое столь возмутительное ты совершила, что Рокет бросил в погоню за тобой тех призраков и всадников?
— Я… я попыталась сбежать, — призналась, опустив взгляд, Майра.
— Сбежать? — Голос Алеа посуровел. — А по какому праву он держал тебя в рабстве?
— Как по какому, по праву лорда. — Майра посмотрела на Алеа, расширив глаза от удивления. — У меня не было права бежать, ибо крепостная должна работать на своего лорда, каким бы тот ни был.
— Чушь собачья! — отрезала Алеа. — Ты, девушка, никому не принадлежишь, кроме себя, и никогда не позволяй никому внушать тебе иное!
— Верно, — поддержал её Гар, — но тебя наверняка заставила покинуть дом и семью очень сильная угроза.
— Сильная, сэр. — Майра снова опустила взгляд. — Рoкет отправил… он отправил солдат привести меня в замок, а я видела, что случалось с другими девушками, откликавшимися на подобный вызов — и поэтому сбежала.
— Как на самом–то деле и следовало! — негодующе воскликнула Алеа. — Он не имел никакого права призывать тебя лишь ради собственного развратного удовольствия, а ты имела полное право отказаться; даже если сделать это можно было только одним способом — сбежав!
Она произнесла это с такой горячностью, что Майра гадала, не могла ли высокая женщина рассказать свою схожую историю, эта горячность согрела Майре душу и заставила подумать, что наверно она всё–таки правильно поступила, сбежав от Рокета.
— А те другие женщины, которые подчинились и отправились в замок Рокета, — напомнил ей Гар. — Что же с ними случилось?
— Их глаза… опустившиеся плечи… их… — Её вдруг снова одолел ужас, и Майра опять расплакалась.
Алеа обняла девушку, успокаивающе шепча:
— Успокойся, милая, все кончено, ему теперь не добраться до тебя. Не волнуйся, что б там ни случилось с теми другими, с тобой этого не произойдёт. Ну вот, все будет в порядке.
Гар отвернулся, глядя на дорогу, а затем бросил взгляд на лес по обеим сторонам и на дорогу позади них. Он казался довольно мрачным, словно услышал чересчур знакомый рассказ.
Рыдания Майры наконец поутихли; она чуть отстранилась от Алеа и вытерла глаза рукавом, призвав остатки самообладания.
— Они… они будут искать нас здесь….
— Да, но не на месте нашей стоянки, — сказала Алеа. — Пошли, милая, нам надо подогреть тушёное мясо.
Майра замялась, не решаясь следовать за ними.
— Призраки… они могут отыскать нас по нашим мыслям….
— Не думаю, что кто–нибудь из тех фантомов будет жаждать возобновить знакомство с нами, — отозвался слегка позабавленный таким предположением Гар. — Пошли — а то ведь мы оставили котелок с мясом над костром.
Алеа метнула на него острый взгляд — ведь она–то отлично знала, что он погасил костёр, прежде чем последовал за ней. И все же, сказанное им было буквально правдой — котелок с мясом таки висел над костром. Просто тот не горел.
Однако, когда они добрались до стоянки, оказалось, что костёр горит, а мясо потихоньку тушится. Она бросила подозрительный взгляд на Гара, но тот был сама невинность. Пробурчав себе под нос о любителях щеголять своим умением зажигать огонь вдалеке, она спешно постаралась убедить Майру чувствовать себя как дома.
Идём, милая, присаживайся поближе к костру — вот так. Поев мяса, ты сразу почувствуешь себя лучше. Где третья миска… а, вот. — Она достала из своего рюкзака деревянную миску, положила в неё черпаком мяса, дала её Майре, а затем наполнила две других миски. — Гар, сними с огня котелок, ладно? Нам надо вскипятить воду для чая.
Гар поменял котелки над огнём, прежде чем уселся с собственной миской и ломтём хлеба.
За едой Алеа и Гар попеременно задавали Майре вопросы, а затем отвечали на её вопросы короткими рассказами о себе, о деревнях, в которых они выросли, и о чудачествах своих соседей. И Майра обнаружила, что смеётся, слушая их, хотя могла бы поклясться, что за последние три дня она начисто разучилась это делать.
Не успела она и сообразить, как слова полились словно водопад, и Майра принялась рассказывать Гару и Алеа, на что походила жизнь в её деревне: о ежедневной стирке, пахоте, штопке и готовке; о Рокете и его стражниках; об исцелениях, которые тот совершал, когда деревне угрожала эпидемия, и о наказаниях, которые он налагал за неповиновение.
