Погода стояла – просто чудо. Правда, мне было не до погоды: я как раз тащилась с рынка со здоровенным баулом в обнимку – у пакета оторвались ручки – и вспоминала, всё ли я купила, или придется идти ещё раз…
Вот тут-то мы и столкнулись. Мы – это я и какой-то парень. Я его ещё издали приметила и подивилась: ну и чудо! Выглядел он и в самом деле неважнецки: на довольно широких, хоть и худющих плечах, как на вешалке, болталась черная футболка размера эдак шестидесятого, причем казалось, что ниже плеч под одеждой вообще ничего нет. Потертые черные джинсы тоже не мешало бы укоротить и ушить раза в три, а таких раздолбанных кроссовок, да ещё с кокетливыми розовыми шнурками, я в жизни не видывала. Впрочем, этот тип меня не долго занимал, поскольку, во-первых, покупки так и норовили вывалиться из пакета, а во-вторых, я питаю склонность исключительно к светловолосым, прилично одетым молодым людям с хорошо развитой мускулатурой. Так вот, пока я воевала со своим баулом, вышеупомянутый парень со мной поравнялся и мало того – весьма ощутимо меня зацепил.
Понятное дело, апельсины тут же веселыми мячиками заскакали по асфальту, я одним емким словом выразила обуревающие меня эмоции, а парень скользнул по мне отсутствующим взглядом и направился было дальше.
И тут я его узнала, вот именно по этому взгляду. Но как его звать, я бы и под пыткой не вспомнила. Он когда-то учился со мной в одной школе, только в другом классе, и Кэй, моя лучшая подруга, была очень им заинтригована. Правда, тогда этот пацан был раза в полтора помельче меня, а сейчас вроде бы даже повыше, хоть я и на каблуках. Точно, он! Он ещё и по школе всегда разгуливал, ничего вокруг не замечая. Только вид у него был не мечтательный, а такой, будто он в уме пятизначные числа перемножает. Помню, когда началось повальное увлечение всякими актерами и певцами, все девчонки у нас взялись организовывать фан-клубы. А нас с Кэй всякие импортные звезды не особо привлекали, а уж тем более отечественные, а от сериалов мы с ней шарахались, как от чумы. И вот когда на нас начали коситься, как на ненормальных, мы шутки ради организовали общество кактусоводов. Понятное дело, кроме нас, в этом клубе никого не оказалось, но от нас хоть отвязались, видимо, поняли, что с нас, убогих, взять больше нечего. Так вот, к чему я всё это веду-то… Этот самый парень тогда разыскал нас с Кэй и приволок совершенно невероятный кактус. Задал нам пару вопросов, понял, что про кактусы мы знаем две вещи – они колючие и их можно месяц не поливать, – и ушел. Даже не обиделся. И кактус оставил. Этот кактус долго жил у меня, а теперь переехал вместе с Кэй в Америку…
Итак, мы столкнулись, у меня рассыпались покупки, а этот нахал преспокойно отправился восвояси.
– Мог бы и извиниться! – прошипела я вслед. – Я уж не говорю о том, что неплохо бы помочь…
Парень обернулся, и взгляд его приобрел осмысленное выражение. С полминуты он, кажется, пытался сообразить, где находится, потом как-то неуверенно усмехнулся и сказал:
– Извини.
И начал собирать мои апельсины.
– Смотреть надо, куда идешь, – продолжала я злобствовать. Настроение, поднятое было хорошей погодой на приемлемый уровень, опять упало ниже нулевой отметки. Или, если угодно, ниже плинтуса.
– Извини, – повторил он. – Я задумался.
– Думать надо дома на диване, – отрезала я, кинула в пакет последнее беглое яблоко и поднялась на ноги.
Парень крутил в пальцах один из моих проклятых апельсинов и явно снова уходил в транс. Я довольно грубо отобрала у него фрукт, прервав тем самым медитативное состояние этого, мягко говоря, странноватого молодого человека.
– Меня Тай зовут, – неожиданно заявил он. – Тай Ири.
И сунул мне узкую, совершенно не мужскую ладонь. Я как понимаю: у мужика руки должны быть – во! – чтобы и работы не боялся, и по роже мог заехать кому следует, и женщину обнять, чтобы у неё дух захватило… А у этого что за рука? Ладошка не шире моей, право слово!
Внезапно этот придурок сообразил, что у меня заняты руки, опять смутился и легко отобрал у меня набитый доверху пакет.
– Это теперь так модно знакомиться? – не утерпела я, игнорируя вновь протянутую руку. Потом всё же сжалилась и назвалась: – Эва. Эва Скари.
Получилось почти как «Бонд, Джеймс Бонд», но Тай иронии не оценил.
– Очень приятно, – серьёзно сказал новоявленный знакомый. – Я тебя провожу, а то у тебя сумка очень тяжелая.
Я бы лично предпочла, чтобы после ритуала знакомства этот Тай оставил меня наедине с моими покупками. Но, как выяснилось, отделаться от него было непросто. Лучше бы я держала эмоции при себе, собрала рассыпанное самостоятельно и была бы уже дома!
Единственное, что меня устраивало в Тае – это то, что он молчал. Шел рядом в обнимку с тяжеленным пакетом и помалкивал. Я тем временем немного пришла в себя и обрела способность соображать. Как там его? Тай Ири? Это что же у нас такое получается…
