— Полагаю, нам лучше уйти и предоставить им возможность самим найти ответ на этот вопрос, — тихо проговорил Гар на ухо Алеа.
— Минуточку.
Алеа шагнула в сторону женщин, вынимая из-за пояса свой нож.
Они испуганно уставились на нее и подались назад, готовые обратиться в бегство.
Алеа прошла мимо них к зажаренному поросенку, отрезала от туши большой толстый кусок и, вернувшись к Гару, подняла перед ним насаженное на нож мясо.
— Трофей.
— Да, — усмехнулся Гар, — они ведь предлагали нам отобедать, не так ли?
Он слегка поклонился женщинам.
— Благодарим вас за радушный прием. Сожалею, что мы не можем остаться, дабы насладиться вашим гостеприимством в полной мере. Доброй ночи.
— Доброй ночи, — эхом повторила за ним Алеа и пошла прочь из лагеря, в виде исключения позволяя Гару догонять себя.
Час спустя они остановились на ночлег в пещере, которую Гар каким-то образом отыскал среди холмов.
Он разжег маленький и почти бездымный костер. Пока разогревалось трофейное мясо, Алеа спросила:
— Как тебе удалось обезвредить всех их?
— При помощи волшебства, я же говорил тебе.
— Такого же волшебства, которое раскрошило их дубинки в пыль?
— Не совсем такого, но сходного с ним, — сказал Гар. — Я не шутил. Правда, я сделал так, чтобы все выглядело, будто я ударяю каждого из них по голове. Женщины не сочтут это колдовством, а мужчины будут впредь больше заботиться о своем оружии.
Алеа поежилась от внезапного холодка, не имевшего никакого отношения к ночной прохладе.
— Но как все же ты это делаешь?
Гар прикрыл глаза.
— Я мысленно представляю себе объект. Закрой глаза и скажи мне, что ты видишь.
Алеа с опаской закрыла глаза... и увидела лицо Гара. Она нетерпеливо отогнала от себя этот образ, подумала о темноте, хмуром ночном небе и увидела темные облака. На фоне этих облаков появился другой образ, размытый и затуманенный поначалу, но постепенно как бы затвердевающий, становящийся все более отчетливым...
— Вроде бы... какой-то музыкальный инструмент, — сообщила она Гару. — У него суженный посередине корпус, длинная шейка и одна... две... шесть струн.
— Он называется «гитара», — тихо сказал Гар. — Таких инструментов нет ни в Мидгарде, ни, насколько я знаю, еще где-либо в этом мире. Да, именно о нем я и думал. У тебя есть способности к волшебству, Алеа, правда, я пока не знаю, как они велики. Хочешь учиться у меня?
Ответ уже готов был сорваться с ее губ, но Алеа сдержала себя, страшась силы этого волшебства, страшась неведомого...
Но, как это ни странно, она не боялась Гара.
— Я должна подумать.
— Разумеется, — одобрительно кивнул Гар. — Впрочем, достаточно на сегодня всех этих магических штучек. Давай-ка займемся нашим ужином.
Устраиваясь на ночь, Алеа немного поразмышляла о своем везении и пришла к выводу, что ей действительно сопутствует удача. Она нашла компаньона, друга, который, похоже, ценит ее скорее как личность, нежели как женщину. Однако Алеа приметила и некоторые признаки того, что Гар оценил и ее женственность — женственность, о которой она сама почти забыла, ведь парни из деревни практически не замечали ее с тех пор, как она перегнала их всех по росту.
Но что еще более удивительно, Гар относился к ней с уважением, обращался с ней, как с ровней. Он защищал ее, ради нее ходил на охоту, кормил, разгонял ее страхи, внушал ей больше самоуважения, чем она сама могла бы вызвать, а теперь вот предлагает обучать ее магии!
В этом нет нужды, сказала себе Алеа. Достаточно того, что он сам волшебник.
Однако она решила пока что не говорить ему об этом.
Алеа проснулась с первыми лучами солнца, ощущая вялость во всем теле, и лениво подбросила хвороста в затухающий костер, гадая, отчего она чувствует себя такой усталой.
Гар выкатился из своего одеяла и сел, пока она вешала чайник над огнем. Алеа взглянула на лицо Гара, и по какой-то причине у нее возникло смутное воспоминание о Чародее, который выглядел довольно возмущенным.
Вдруг она поняла почему.
— Интересно, видели ли бандиты прошлой ночью во сне Чародея?
— Безусловно, видели, — заявил Гар с абсолютной уверенностью. — Он показал им Великую Монаду и объяснил ее назначение, но они не переставали пререкаться с ним. Чем смехотворнее становилась их точка зрения, тем яростнее они спорили.
Алеа задумчиво посмотрела на огонь.
— Они скорее умрут, нежели откажутся от мысли о том, что каждый из них — сверхчеловек, верно?
— Точно, — одобрительно кивнул Гар, явно удивленный, но довольный ее сообразительностью. — Как ты это поняла?
— Я разговаривала с их женщинами. — Алеа умолкла на мгновение, затем, нахмурившись, продолжила:
— Я едва не сказала «с их женами», но не думаю, чтобы они являлись таковыми.
— Юридически — нет, фактически большинство из них — да.
— Мужчины относятся к ним, как к прислуге или шлюхам!
— Именно в это мужчины и хотят верить, — согласился Гар. — Но скоро женщины станут для них чем-то большим, гораздо большим, я уверен.
Он выглянул наружу.
— Я совершенно потерял ориентацию в темноте. В какой стороне восток?..
Они провели в пути еще около шести недель, но затем дорогу им неожиданно преградили свиньи.
