Несколько секунд она чем-то шуршала в темноте, а потом по палатке разлился неяркий свет. И Рон жадно впился взглядом в свою спасительницу. Да, он видел ее раньше, из медальона, но это было другое. Тогда все люди представлялись ему смесью ауры и материи. Совсем не так, как сейчас.
Она была довольно молода. Хотя возраст для волшебников понятие растяжимое. Но Рон не дал бы ей больше двадцати пяти. Красива? Он не употребил бы и этого слова. Тину нельзя было назвать красавицей в общепринятом смысле слова, как ту же Орланду ан-Криталь, но в ней крылось что-то такое… Искра души. Искра живой человеческой души, которая освещала и ее, и все вокруг нее. И еще бешеная, детская и потому неистовая любовь к жизни. Растрепанные недлинные волосы, кривая улыбка, исказившая широкий рот, пушистые ресницы, прикрывшие темные глаза.
– Это мой фонарик. Хотя я не знаю, на сколько хватит батареек.
Рон подумал, что разозлил ее своим разглядыванием. Но внешне это никак не выразилось. Просто короткая реплика совсем о другом. Как будто королева прощает конюху невольную грубость. Ну да, он нахамил. Но он же не знает, как поступать правильно! За что же его карать? И Рон неожиданно подумал, что не желает такого отношения к себе. Ему неожиданно захотелось, чтобы кривая гримаска превратилась в искреннюю и широкую улыбку, без всяких там аристократических «зубов не показывать». И чтобы волшебница разговаривала с ним не как врач с пациентом, а как подруга. Как с теми ребятами, с которыми она путешествовала.
– Фонарик?
Рон ожидал, что она воспользуется магией. Смешно обладать силой и не использовать ее. Женщина покачала головой:
– Если я попробую зажечь магический огонь, здесь ничего не останется в радиусе километра. Я пока еще неумеха.
– Ничего себе – неумеха?! – Рон невольно дернулся и тут же закусил губы от боли. – Всем бы такими неумехами быть!
– Ничего вы не понимаете. – Женщина отвернулась и чем-то зашуршала в углу. – Я действительно новичок в магии. А вот своим инстинктам привыкла доверяться с детства. Потому и смогла все это совершить. В магии же многое построено не только на математике, но еще и на доверии к самому себе… Я, может, непонятно объясняю, но лучше я не умею!
– Все понятно, – успокоил девушку Рон.
– Очень рада, что хоть кому-то что-то понятно. Думаю, что вы голодны.
