— Ринальдо, — еще на ходу крикнул Антонио, — нас беспокоит, что с Умберто. Мы поручаем тебе сходить в университет и узнать.
— Пошлите Доменико, — отмахнулся Ринальдо, вновь поворачиваясь к костру.
— Нет, — отрезал Антонио. — Пойдешь ты.
И в том, как он это сказал, прозвучало что-то, заставившее Ринальдо отступить перед ним.
— Хорошо, — сказал Ринальдо и поднял руку смеясь. — Я же только шутил, дядя Антонио.
Он тут же убрался.
— Отнесите бумаги обратно, — приказал дядя Лоренцо трем другим двоюродным. — Не выношу, когда пускают по ветру добрый труд.
Доменико, Карло и Луиджи, не говоря ни слова, подчинились. Антонио и дядя Лоренцо попытались затоптать костер, но пламя оказалось слишком сильным. Паоло видел, как, обменявшись виноватыми взглядами, они наклонились над огнем и прошептали заклинание. Огонь мгновенно погас, словно от щелчка выключателя. Паоло озабоченно вздохнул. Совершенно ясно, что никто в Казе Монтана не способен бросить привычку прибегать к заклинаниям. Интересно, как долго вражеский чародей не будет этого замечать.
— Принеси лампу, Доменико, — распорядился Антонио. — И отбери заклинания, которые не пострадали от огня.
Паоло поспешил вернуться на кухню, не дожидаясь, когда и его попросят помогать. Костер подсказал ему одну мысль.
— Есть еще немного фарша, — говорила Роза. — Может, рискнем приготовить его?
— А почему, — вмешался Паоло, — вы не пойдете с провизией в столовую? Я разожгу там очаг, и кухарничайте там на здоровье.
— Этот малец — гений! — обрадовался Марко.
И они так и сделали. Роза занялась фаршем, Марко сварил какао. Сначала накормили младших, в число которых попал и Паоло. Он сидел на одной из длинных скамеек, размышляя; если бы не мысли о Тонино и о Старом Никколо, который больной лежал наверху, он мог бы считать себя почти счастливым. Особенно ему стало уютно, когда вдруг теплый ком — скопление когтей и железных мускулов — шлепнулся ему на колени. Бенвенуто тоже недоставало Тонино. Теперь он с какой-то отчаянностью терся о Паоло, но не мурлыкал.
Роза и Паоло как раз вставали из-за стола, торопясь уложить детей спать, когда в ночной тьме за Казой раздался громкий гул.
— Силы небесные! — воскликнула Роза и открыла дверь во двор.
В столовую ворвался перезвон, неровный металлический звук — быстрый, бурный. Ближайшее
— Война! Герцог объявил войну! Марко сказал, что ему, наверное, лучше уйти.
— Нет, нет! — вырвалось у Розы, — Подожди. Кстати, Лючия...
Лючия бросила быстрый взгляд на котелок в очаге.
— Пойду отнесу тете Джине рецепт, — пролепетала она и сразу убежала. Марко и Роза обменялись взглядами.
— Против нас три государства и никаких заклинаний для войны с ними, — сказал Марко. — Вряд ли нам с тобой предстоит жить вместе долго и счастливо.
— Мистер Нотти говорит, что завтра призовут последний резерв, — ободряюще сообщила Коринна. Но тут ее глаза встретились с глазами Розы. — Пошли, ребятки, пошли, — затараторила она, собирая четверых малышей. — Пора бай-бай.
Пока детей укладывали, Паоло сидел, поглаживая Бенвенуто. Он чувствовал себя таким потерянным, как никогда. Неужели, подумалось ему, уже завтра солдаты из Флоренции, Сиены и Пизы смогут войти в Капрону? Будут ли пушки стрелять на улицах? Ему представилось, как от Собора отлетают большие мраморные осколки, как проваливается Новый мост, несмотря на все вложенные в него заклинания, как вражеские солдаты тащат визжащую Розу. Он понимал, что все это может произойти на самом деле, и еще до конца недели.
Тут его внимание привлек Бенвенуто. Без всяких сомнений, Бенвенуто пытался ему что-то сказать. Паоло видел это по обвиняющему взгляду его желтых глаз. Но понять его не мог, не умел.
— Я попробую, — сказал он. — Я постараюсь.
На мгновение у него создалось впечатление, что Бенвенуто обрадовался. Ободренный, Паоло наклонил к коту голову и уставился в его колючую кошачью физиономию. Но у него ничего не вышло. Все, что он смог вынести из их общения, была возникшая в уме картина — огромное прекрасное здание с фасадом из цветного мрамора.
— Церковь Сант-Анджело? — спросил он неуверенно.
Хвост Бенвенуто все еще раздраженно хлестал туда-сюда, когда вернулись Роза и Марко.
— Ну конечно! — воскликнула Роза, обращаясь к Марко. — Опять наш Паоло хочет взять на свои плечи все беды Казы Монтана.
Удивленный, Паоло поднял глаза.
— Иногда ты прямо вылитый Антонио, — заметил Марко.
— Я не могу понять Бенвенуто, — в полном унынии пожаловался Паоло. Марко уселся на стол рядом с ним.
— Значит, Бенвенуто придется найти какой-нибудь другой способ объяснить, что ему нужно, — заключил Марко. — Он — умный кот. Умнейший из всех, каких я знаю. Он придумает.
Марко протянул руку, и Бенвенуто позволил ему погладить себя по голове.
