Оказавшись дома, братья нарвались на нагоняй, за то, что припозднились, не убрались в комнате, не по ели и не выучили уроки. Ярослав привычно попытался устроить бунт на корабле, но лишение прав на компьютер в течение двух недель охладили его пыл. Он попытался подлизаться к маме, мама отправила его к папе, с папой номер а-ля глаза смирного и трогательного кота не прошел. Ярослав еще пошумел напоследок и присоединился к Славе за занятиями. Вячеслав был не сторонник шумного бунта. Опытный борец с системой знал, что гораздо эффективнее молчаливое маневрирование. Он уже давно понял – надо сделать все, что тебя просят, или изобразить, что ты это делаешь. А потом можно заниматься всем, чего душа пожелает: сидеть в телефоне, если брат не занял компьютер, то в компьютере. Можно было пойти в сад и сидеть в телефоне в саду, или лежать на диване, но при этом сидеть в телефоне… Слава знал тысячу способов, как можно сидеть в телефоне. Каждый из братьев был по-своему себе на уме и, при этом, каждый на своей волне. Если Ярослав – это шумный штурмовик, то Вячеслав тихий, но мудрый партизан-диверсант. В прочем, в отличие от многих своих сверстников иногда братья читали книги, но не всякие и не просто так. Забравшись в какой-нибудь необычный угол (будь то закуток за сараем, в крайнем случае ниша под столом), Слава читал, а Ярик слушал – послушать брата терпения ему хватало. Сам Ярослав долго чтения не выдерживал – после двух-трех страниц, где-то в пятой точке у него поселялся бойкий моторчик, который не давал мальчишке усидеть на месте. И если Ярослава пытались удержать еще минут пять, то он давал такой мощный старт, что мог метра три пробежать по стене, как белка, объевшаяся накануне променада жгучего перца. Так вот… Братья забирались в закуток по замысловатее, чтобы почитать. У цифрового поколения книга это сам по себе предмет из какого-то далекого и забытого века, несущий тайные знания и атмосферу неведомого, уходящего без возвратно времени, а от того и чтение обставлялось с особой, ритуальной помпой. Поэтому и книги подбирались соответствующие, не случайные: например «Пикник у обочины», «Поселок», «Стальная крыса», «Приключения Шерлока Холмса». Иногда братьев хватало на главу, а то и две. Это как раз объем информации, который укладывается, как в сюжет среднестатистической телефонной стрелялки, так и в мозг потребителя такой стрелялки. После путешествий в непривычный мир книжных пространств, братья отходили не меньше часа и задумчиво слонялись по дому, глядя куда-то в даль, где воображение давало себе свободу, освободившись от цифровых оков, рисуя размашистыми мазками яркие и объемные картины…
Долина лежала в окружении гор, над ней сгущались сумерки, а на самой долине стояли Славик и Ярик. Они были на тропе из ярко-желтого гравия. Тропа уходила в даль, к проходу между двумя черными скалами в противоположном конце долины…
– А…Что это?! Где мы?! – воскликнул Ярик дергая брата за рукав пижамы. У них обоих были пижамы-комбинезоны в виде акул – модный аксессуар, который им купила мама. И сейчас они оказались в странном месте в столь странном наряде и домашних шлепках.
– Не знаю… – прогудел Слава. Последнее, что он помнил, как они с братом под столом перечитывали «Пикник у обочины», их любимую главу, где Шухарт с Кириллом отправляются в Зону. Для атмосферности они захватили с собой Тракторный артефакт… А потом они вдруг оказались в… Здесь… Где Здесь?
Братья осмотрелись. Местность казалось безопасной, но наученные умными книгами и опасными похождениями на дорогах Дом-Школа-Школа-Дом по сельским просторам, они знали –все не то, чем оно кажется. Поэтому осторожно, с оглядкой, двинулись строго по тропе через долину. Тропа шла через приятный луг, на котором росли вполне обычные луговые цветы и травы, изредка мелькали деревья. Ярик провел по траве ладошкой и отпрянул к брату – в след за движением его руки из травы поднялся рой разноцветных светлячков, который спиралью закружился вокруг мальчишек, поднялся над ними облачком и рассеявшись вновь опустился на траву. «Ух ты!» – хором вздохнули ребята и тут же проделали то же самое, каждый со своей стороны тропы.
