Сумерки сгущались, но трава на лугу светилась светом миллионов светлячков, поэтому дорога была хорошо освещена и ребята не терялись в темноте, а храбро шагали вперед. Так, играя со светлячками, братья дошли примерно до середины долины и могли рассмотреть сквозь проход в горах, что тропа уходит слегка вверх к какому-то лесу, который от сюда в сумерках казался черным. А сами они очутились на круглой площадке размером с волейбольное поле, если бы оно было круглым. В середине площадки стоял большой камень высотой примерно с кухонный стол. На камне лежала черная шкатулка, исписанная золотыми письменами на незнакомом языке, похожими на руны викингов. С правого боку из шкатулки торчала патефонная ручка. На верхней грани шкатулки было отверстие в виде много конечной звезды. Где-то Слава ее уже видел… Но где? Внезапно Слава услышал в голове какой-то шум причудливым образом, собирающийся в шелестящие слова: «Выпустите меня…» И где-то на краю сознания в дальнем уголке мелькнула черная фигура с ярко-красными глазами и светящимся оскалом. Слава вздрогнул.
«Он давно там сидит, кто знает, что теперь у него на уме, —» сказал стоящий рядом с камнем старик. Ребята отшатнулись в сторону и уставились на него. Он появился от куда-то, как включенная на мониторе картинка. Раз и он уже тут: кепка на затылке, потертый серый пиджак поверх линялой тельняшки, старые трико с пузырями на коленях, заношенные китайские тапки на босу ногу. Завершала образ потухшая беломорина под топорщащимися к верху усами, которые тщетно скрывали озорную улыбку, сияющую золотым зубом. Это был тот самый дед-тракторист из пустого ангара, рядом с которым ребята нашли шестерню.
– Привет, пострелята!
– Здравствуйте, – хором протянули братья.
– Вас родители не учили – с незнакомыми людьми не разговаривать? – грозно рявкнул дед, но улыбка не давала придать фразе нужного градуса строгости.
Дети попятились, но он рассмеялся и представился.
– Я деда Дам – проводник.
– Проводник? – спросил Слава.
– А проводник куда? – это уже Ярослав выглянул из-за спины брата.
– Проводник по Серой Нави.
– Что такое Серая Навь?
– Есть Правь – мир Светлых богов, есть Явь – мир явленный, есть Навь – мир темных богов. Они правят там, но темные – это не значит злые. Делить дела на добрые и злые – удел человеческий. Удел богов – равновесие, за которое и идут битвы во всех мирах. А есть Серая Навь. Уже не Явь, но еще и не Навь. В ней живут сущности, изгнанные из всех миров. Силы их не меньше, чем у богов, а изгнаны они за дела дурные и ищут путь из Серой Нави, чтобы продолжить творить зло себе на потеху. А остановить их мало кто возьмется.
Слава кивнул на шкатулку: «Это один из них?» Шкатулка подпрыгнула и зарычала утробным басом.
– Возможно, – протянул деда Дам, – никто не знает. Когда я сюда попал – его в этом мире не было, но в своем он существовал уже много веков. С ним была еще одна штука – она у вас с собой кстати?
– Эта?! – спросил Слава, вытаскивая из пижамы тракторный артефакт.
Деталь ярко засветилась, а шкатулка снова подпрыгнула и зарычала еще громче.
– Она самая, – хохотнул Дам, – это я вам ее подкинул. Она – ключ. С ее помощью можно перемещаться между вашим миром и Серой Навью.
– Вы так путешествуете? – спросил Слава.
– Я проводник, – снова рассмеялся деда Дам, – я и так умею. Мне было нужно вас сюда позвать, чтобы проверить. И я не ошибся – вы Лучики.
– Лучики?
– Те, в ком есть сила. Чье воображение может стать созидательной силой за пределами мира явленного. Это и хорошо, и плохо.
– Почему хорошо? – Слава спрятал тракторный артефакт под пижаму.
– Вы волшебники! – сказал старик, – таких, как вы осталось мало. В вашем мире детей способных творить миры становится все меньше и меньше.
– А почему плохо? – выглянул из-за спины Славы Ярослав.
– На таких, как вы идет охота, – деда Дам нахмурился, – в Серой Нави появился злой демон – Директор Максоу. Она собирает в явленном мире детей-Лучиков и прячет их в своем Кривом замке. Где-то в Сумрачном городе. Мало кто туда забирался. Все дети-Лучики теперь в беде. Если бы я вам сказал об этом там – в Яви, вы бы мне не поверили. Поэтому я позвал вас сюда.
– Ой! – пискнул Ярик, – я боюсь!
– Малыш, осторожнее здесь со страхами, – деда Дам присел рядом с Яриком, – ты волшебник мысли которого тут материальны.
– Что это? – Слава указал на черный лес за скалами. Из него выглядывала уродливая змеиная голова на длинной извивающейся шее. Он как будто озирался вокруг белесыми глазами плошками в поисках чего-то.
– Это Накер! – громко прошептал деда Дам, – вам надо бежать! Поздно…
Змей вперился глазами плошками прямо в Ярослава.
– Теперь и вы в беде! Бегите! Я его задержу! – старик выплюнул беломорину, сдвинул кепку на лоб и встал в боксерскую стойку.
– Как?! – воскликнул Слава.
– Используй ключ и воображение, пацан, – старик повел плечами разминаясь, ты волшебник! Шевелись, времени мало! Уродливая змеиная туша двигалась к ним от опушки леса странными рваными движениями. При этом голова его по-птичьи будто замерла в одном положении в воздухе, не отводя взгляда от мальчика.
