А пока что, для тех, кто еще не понял, почему для многих парней я нахожусь на первых местах в «списке разыскиваемых преступников», следующая история прояснит это. Я читала лекцию о знакомствах нескольким десяткам восемнадцатилетних парней из умеренно религиозных семей. До этого я читала лекции только в женских или смешанных аудиториях. Как обычно, я хотела начать с противопоставления светских знакомств и знакомств еврейских, ориентированных на женитьбу.
«Почему светские юноши и девушки встречаются с особами противоположного пола?» – спросила я.
Некоторые присутствующие обменялись смущенными взглядами.
«О’кей, – сказала я, – позвольте задать другой вопрос. Я предполагаю, что, несмотря на то, что никто из вас пока не думает о женитьбе, большинство из вас встречается с девушками. Так что скажите мне: почему вы встречаетесь?» Абсолютная тишина. Я, однако, заметила, что смущенные взгляды сменились на сдержанные ухмылки.
«Хм, – подумала я, – не ожидала, что эта группа окажется столь застенчивой». «Ну, давайте, – попыталась я их подтолкнуть. – Говорите, для чего вы встречаетесь?»
То же заговорщическое молчание. Больше ухмылок.
Я была удивлена: что случилось с этими парнями? Когда я задавала этот вопрос девушкам, они не затруднялись с ответом:
«Это прикольно». «Любопытство». «Все это делают».
«Потому что мужчины меня привлекают». «Чтобы не быть одинокой».
«Чтобы иметь близкого человека».
Это была моя первая чисто мужская аудитория, и в первый раз я наблюдала такую таинственную реакцию. Внезапно я поняла, что происходит, и что мои слушатели должны были услышать.
«О’кей, парни, – сказала я, – давайте будем реалистами. Что бы вы ни сказали, меня ничто не сможет шокировать. Так что просто скажите мне правду: для чего вы встречаетесь?»
Одна храбрая душа подняла руку и сказала, осклабившись: «Для коллекции!» Волна облегчения и смеха прокатилась по аудитории, несомненно выражая консенсус.
Такого ответа женщины не давали никогда. Женщина может сказать: «Гормоны». Но «для коллекции» отражает именно мужскую позицию относительно знакомств. Будучи женщиной в возрасте 30 с хвостиком, имеющей здравое представление о реальности, я знаю, как мыслят мужчины. Но мне понадобилось долгое загадочное молчание этих шестидесяти молодых людей, прежде чем я вызвала это в памяти. Если бы никто их них не сказал правду, я посчитала бы их просто тихими скромниками и, ничего не заметив, продолжила бы лекцию.
Что с очевидностью доказывает: мы, женщины, никогда не учимся! Где-то в своих мозгах мы записали информацию, что мужчины не такие, как мы, но зачастую мы теряем доступ к этой информации. Может быть, это блок на интеллектуальном уровне: мы просто не в состоянии воспринять, как другое человеческое существо может функционировать совершенно отличным от нашего образом. Может быть, это эмоциональный блок: мы так хотим верить, что мужчины относятся к нам точно так же, как мы относимся к ним, или, по крайней мере, «этот – не такой, как все». Как бы то ни было, мы страдаем повторяющейся амнезией.
Факт остается фактом: мужчины запрограммированы больше сосредотачиваться на физическом аспекте отношений. А женщины запрограммированы на то, чтобы об этом забывать.
Более того, «пополнение коллекции», к которому стремятся парни, это обычно нечто большее, чем то, на что готова пойти девушка. Известный преподаватель Давид Орловский выражает это следующими словами:
«Еще не родился такой парень, – говорит он обычно группам скептически настроенных молодых женщин, – который шел бы по улице, держа девушку за руку и думая при этом: “О, какое блаженство! Я так счастлив просто ходить с ней взявшись за руки!” И ни один мужчина на свете, увидев красивую женщину, еще не сказал себе: “О, как я хотел бы подержать ее за руку!” Выкиньте это из головы!» (Классическая песня Битлз “I Wanna Hold Your Hand” ста-с ла хитом именно потому, что женщины западали на нее).
Само собой разумеется, в этом нет ничего нового. Полторы тысячи лет назад Талмуд (
И у мужчины, и у женщины играют гормоны. Но обычная женщина не может относиться к мужчине исключительно внешним образом. Чтобы вступить с ним в связь на физическом уровне, ей нужно почувствовать нечто большее. Ему – нет.
Одна моя знакомая преподавательница как-то объяснила эту мысль следующим образом:
