Ясно, что не все ситуации столь очевидны. Но именно здесь мы должны быть очень осторожны. Мы говорили об эмоциональной цене разбитых отношений в терминах падения чувствительности и отчаяния. Когда мы участвуем в отношениях, которые выглядят безвредными, но должны будут закончиться, достаточно ли мы мудры, чтобы знать, что после них станем лучше, а не хуже?
Для еврейского ума, который чтит чувствительность и эмоциональную целостность, многие секулярные «полезные для жизненного опыта переживания» совсем не так хороши, как их превозносят. Они могут развлекать и приносить временное удовлетворение, но, в конечном счете, «овчинка не стоит выделки». Поэтому еврейский закон защищает своих последователей от многих страданий светского мира. Бог позаботится о том, чтобы мы все прошли через боль, которая необходима нам для развития, – не больше и не меньше, – и нам не нужно специально искать ее.
Подход иудаизма к отношениям не связан со сверхопекой и избыточной защитой. Он просто более разумен. Что объясняет, почему все больше людей делают еврейский мир своим «реальным миром».
А, может, после помолвки?
Если бы иудаизм давал помолвленным парам зеленый свет на физическую близость, время между первой встречей и помолвкой существенно бы сократилось, а количество помолвок стало бы беспрецедентным (и разорванных помолвок, и новых помолвок, и новых разорванных помолвок…) Из-за естественного и сильного желания физической близости с противоположным полом, мужчины и женщины обманывали бы себя, заставляя себя поверить, что нашли своего человека, чтобы отпраздновать помолвку и начать уже испытывать эти приятные ощущения. Подсознание способно и на большие уловки, а эта – просто детский лепет.
«Ну, если вы опасаетесь, что люди отметят помолвку только, чтобы иметь физические отношения, нет ли риска, что они и поженятся по этой же причине?»
Несмотря на нашу склонность к самообману, мой ответ на этот вопрос – нет. И это потому, что помолвка и свадьба – это две большие разницы. Позвольте мне проиллюстрировать это следующей историей.
В середине 70-х лихорадка самообмана все еще владела американским обществом (ее еще не остудил цинизм конца 80-х). За нашим домом жила женщина в возрасте 30+ по имени Аня. Она недавно развелась с мужем. Как-то я заметила, что молодой парень 20 с чем-то лет зачастил в ее дом. Однажды я увидела его на заднем дворе Ани, бросающим мячик в корзину. Я подошла к забору, разделяющему наши дворы, и стала болтать с ним.
«Я часто вижу тебя в последнее время, – начала я невинно, – ты переехал в наш район?»
«Да, – ответил он небрежно, – я живу с Аней».
Как довольно наивная 16-летняя девочка, я несколько опешила. Но, будучи также прямолинейной, я спросила: «Почему же вы не поженитесь?»
Он, как видно, расценил мою тупость как вызов и решил меня подучить. «Нам не нужно жениться, – нанес он встречный удар. – Жить вместе – это то же самое. Мы знаем, что любим друг друга, и мы преданы друг другу. Нам не нужна бумажка, чтобы это доказать».
Он пару раз провел мячик и забросил его в корзину. «Кроме того, – добавил он, – я еще не готов жениться».
Только позже я уловила противоречие: жить вместе – это то же самое, что быть женатыми, но он все еще не готов жениться. Вот когда я поняла, что кто-то тут обманывает сам себя.
Точно так же как бойфренд Ани глубоко внутри прекрасно знал, что есть большая разница между «быть женатыми» и «жить вместе», так и мы все знаем разницу между «быть помолвленными» и «быть женатыми». Женитьба влечет за собой юридическое и духовное соединение с другим человеком, неизмеримо углубляя ваши обязательства. Мысль о том, чтобы сломя голову вступить в неудачный брак, а затем стоять перед необходимостью его расторжения, вызывает значительный страх, как сознательный, так и подсознательный. Развод может причинить невыразимую эмоциональную боль, и оставить не только отметки в паспорте, но и шрамы в душе. Помолвка же, с другой стороны, это просто устная договоренность, и нарушить ее – гораздо менее серьезно. Хотя, несомненно, это весьма огорчительно, тем не менее, отменить свадьбу можно просто и быстро, и это не конец света. Никогда не следует недооценивать силу подсознательного: оно прекрасно осведомлено об этом различии.
