Я пытаюсь отметить – на данном этапе просто в качестве первоначального наблюдения – что нет ничего объективного в «необходимости» испытать что бы то ни было с будущим супругом. Это просто зависит от эпохи. В пятидесятых годах прошлого века средняя незамужняя девушка не испытывала никакого особого беспокойства из-за того, что она оставалась «хорошей девочкой», а средний парень не тревожился по поводу женитьбы на ней. Даже без интимного опыта друг с другом, мужчины и женщины, очевидно, чувствовали себя уверенными в своем выборе. И, вероятно, люди были не менее уверены в своем выборе, когда, в силу социальных норм, были еще более ограничены в досвадебном опыте, или же такового не было вовсе. Раз так, то почему же люди сегодня непременно должны «попробовать» что бы то ни было – от поцелуев до много большего – прежде чем принять на себя обязательства?
«Э… – может перебить скептик, – а имели ли эти стародавние девственники хорошие интимные отношения после свадьбы? Учитывая предубеждения против развода в те времена, множество фрустрированных людей просто застряли по жизни с партнерами, которые, как это стало известно (слишком поздно), оказались столь же «замысловатыми» в чувственной жизни, как бизон.
Другими словами, бедным прошлым поколениям не предоставили санкционированной обществом возможности раздобыть ценнейшую информацию о потенциальном супруге, и они, несомненно, страдали от последствий этого. А мы, живущие в просвещенное время, имеем доступ к такой информации, так почему же не воспользоваться ею для собственного блага?
Однако общераспространенная потребность «попробовать» происходит из чего-то намного большего, чем нежелание упустить эту замечательную возможность получить нужную информацию. На самом деле, почти все мы являемся, в той или иной степени, жертвами неестественного и нездорового отношения современного общества к сексуальности.
Для светского человека предыдущее высказывание кажется перевернутым с ног на голову. «Подождите минутку, – возразит он, – именно у нас имеется здоровый взгляд на сексуальность. Мы чувствуем себя свободными само-выражаться, с кем захотим. Именно религиозные люди делают все это чем-то неестественным со всеми вашими запретами и предписаниями! Как вы можете говорить, что у нас нездоровое отношение?!»
Я могу так говорить, поскольку достаточно ясно, что современный светский подход к сексуальности отражает серьезное непонимание человеческой натуры. В результате, он не способен производить большое количество глубоко счастливых и реализовавшихся людей.
Фатальная ошибка современного общества заключается в том, что оно отделяет телесное от духовного, которое им движет. Этот достойный сожаления феномен особенно заметен в области медицины, где врачи зачастую лечат тело, мало или вообще не обращая внимания на душу, и не понимая при этом, насколько ментальное и духовное состояние человека влияет на его физическое здоровье.
Иудаизм рассматривает человека как единое целое. Тело и душа предназначены для совместной работы, как нечто единое: душа определяет идентичность человека, а тело отражает его. Только тогда мы можем быть самими собой. Рассматривая вещи в этой холистической перспективе, мы можем наметить базисный вывод относительно сексуальности: физическая интимность, лишенная эмоциональной интимности, не является истинным выражением самой себя. Но многие наивно полагают, что мы в состоянии развести душу и тело. Предполагается, что мы можем засунуть наши обременительные эмоции в шкаф (например, «я ничего особенного к нему не чувствую») и проплывать по улице как освобожденные тела, не ощущая, что мы оставили свое истинное «я» дома. Во многих кругах это разделение между душой и телом так укоренилось, что человек может мимоходом спросить другого «как хорошо вы целуетесь?», будто это точно такой же вопрос, как «сколь хорошо вы играете в теннис?», и не почувствовать принципиальной разницы между этими двумя вопросами. Это происходит потому, что сексуальность сама по себе рассматривается теперь как нечто чисто физическое, не связанное с духовным, – деятельность, которую можно холодно измерить в терминах эффективности и рабочих характеристик, подобно спорту.
Теперь мы можем понять, почему люди так боятся принять на себя обязательства на всю жизнь по отношению к человеку, чья способность к «эффективному исполнению» стоит под большим вопросом. В конце концов, подпишетесь ли вы на пожизненную игру в теннис с партнером, которого вы ни разу не видели с ракеткой в руках?
