Он закончил свои манипуляции руками и резко развернулся к своим зрителям.
Перед ними престало нечто лишь отдалённо напоминающее Джеймса, больше по телосложению, чем по всему остальному. Его прежняя одежда на глазах превращалась в непонятные лохмотья, на лице в считанные секунды выросла длинная седая борода, всё лицо покрылось глубокими морщинами, а сам он стал немного горбатым. Лишь глаза и остатки прежней фигуры выдавали в нем отца Люси.
