Только через четырнадцать лет, когда Беллатриса Лестрейндж выйдет из Азкабана, а Волан-де-Морт будет возрожден, он расскажет ей про свой план. Он расскажет о том, как хотел бы, чтобы преданная женщина вернулась в прошлое и переспала бы с молодым темным магом. Лишь для того, чтобы продолжить род темной фамилии Реддлов. Дабы дать то самое потомство, только вот и оно будет расти не с родной семьей, видимо, это привычка семьи: второй раз оставлять ребенка на других.
========== Глава 10 Новые наставники ==========
Прекрасная летняя ночь, звезды складываются в множество созвездий, формируя Млечный путь, а луна окрашена в ярко-красный цвет. Маленькие небесные тела отражаются в воде, освещая жизнь морских обитателей в полуночное время суток. А спутник земли, расположенный прямо по центру неба, алыми лучами освещает черную комнату, находящуюся в огромном замке, до неприличия наполненную людьми.
Женщина, облаченная в черное платье, рожает маленькое чадо. Волосы, свисающие на лицо, мокрые от проступившего пота, крик эхом раздается по замку, а ассистент акушера позволяет старшей Лестрейндж сдавливать свою руку.
Говорят, что дети, родившиеся в период «Кровавой луны», наделены великими магическими способностями, хорошим умом и небывалой силой. Но некоторые считают, что такой период особо опасен для психически нестабильных, но по Беллатрисе этого было не понять. Сейчас она испытывала невыносимую боль равную перелому двадцати костей в организме человека. Бывали случаи, что дети, родившиеся в период кроваво-красной луны, становились сумасшедшими. Но, чем сильнее психическое расстройство, тем безумнее и сильнее маг, верно?
- У вас девочка. – Твердо произнес врач-акушер, принимая малышку в свои руки. – Теперь, вам желательно пробыть у нас около восьми недель.
- Я не могу. Завтра я уезжаю из Ирландии в Англию. – С легкой отдышкой произносит женщина, убирая волосы с лица. Теперь она может выдохнуть, девять месяцев ада закончились.
- А ребенок? – Прерывает мечтания Беллы о свободной и буйной жизни, лечащий врач.
- Ее зовут Элизабет. Элизабет Лестрейндж. Она моя дочь, и за ней скоро придут. – Отрезала женщина, беря на руки малышку и нежно улыбаясь ей.
Полуразрушенный замок с большими, почти под потолок, окнами, выполненный в готическом стиле, стоит на обрыве. Голубая прозрачная вода ласкает острые скалы над ним, иногда, подходящая волна бьется о камни, выбрасывая каких-нибудь маленьких морских обитателей. Все три окна, с живыми фресками в виде сирен и великих волшебников, выглядывают на бесконечную водную гладь, где изредка проходит корабль с алыми парусами.
Черные стены и бархатная мебель наполняли дом изнутри. Девушки в голубых сарафанах и белым воротником расхаживали по замку. На некоторых были красные кофты, некоторые носили их с собой. Волосы были собраны в пучок, а на ногах у всех черные туфельки без каблука, родом из пятидесятых годов.
Заправляла этим заведением великая темная ведьма, правнучка Салазара Слизерина, истинная чистокровная волшебница, опытный змееуст – Гормглайт Мракс. Кто-то говорил про нее с величием, кто-то со страхом, ненавистью или уважением. Хоть и умерла женщина в далеком тысяча шестьсот тридцать четвертом, ее призрак все еще держал в жестокости этот дом. Именно туда и была отправлена новорожденная Лестрейндж.
- Голову выше, юная леди. Вы не с грязнокровками разговариваете, а с равными по статусу волшебниками. – Строго вторила мисс Мракс юной девочке, лет шести. Волосы девочки убраны в высокий хвост, одежда такая же, как и у остальной прислуги в этом доме, на теле множество кровоподтеков от непростительного заклинания «Круцио».
- Простите, мисс. – Ровная осанка, высоко поднятый подбородок, наигранное презрение в глазах – это все, что теперь есть у Элизабет, после стольких лет пребывания в этом частном пансионе, где из детей находилась лишь она.
- Никчемная девчушка, твоя мать – великая волшебница, а ты! – И столько унижения она испытывала каждый день, а все ради чего? Чтобы стать последователем Волан-де-Морта, как и ее мать, чтобы стать сильнейшей из всех, чтобы уметь обороняться от трех непростительных заклинаний: Круцио, Империо и Авады Кедавры.
- Простите, я буду стараться еще сильнее. – В свои шесть девочка умеет не реагировать на заклятие боли – Круциатус, – хоть это и тяжело, но Элизабет держится. Не плачет, не кричит, так же продолжает вести светскую беседу или трапезничать. Только, единственное, что выдает ее – вздрагивание тела.
- На сегодня хватит. – Строго отвечает мисс Мракс, отпуская юную ученицу к себе в комнату.
