- А приз… Какой был приз? Достойный? – Опустив голову и сжав челюсти почти до хруста зубов, вопросил Драко, надеясь услышать, что это была шутка, что сейчас загорится свет, выскочат все и обсмеют его за доверчивость, но ничего не происходило.
- Приз? Ха, интересует сколько ты стоишь? – Смеялась девушка, пытаясь не выдать всю боль, которую издавало ее сердце. – Одна посиделка в баре «Три метлы» и бесконечная выпивка. Дешево, не правда ли?
- А книга? Та, что я читал…
- Выдумка. – Отрезала Лестрейндж, дабы не продолжать весь этот цирк. Больше всего она не хотела показывать настоящую себя ему сейчас, в этот момент девушка показала свою вторую сущность, из-за которой ее и отправили на Слизерин.
- Стерва. – Тихо прошипел Драко, вытирая соленые слезы со своих щек.
- Знаю, милый. – С ухмылкой на лице Лиззи провела рукой по худой щеке парня. Поглаживая, но в тоже время и царапая длинными ногтями мягкую кожу лица, оставляя следы, из которых просачивалась кровь.
Развернувшись, она на носочках пошла в зал, слегка виляя бедрами, будто показывая свою кошачью грациозность. Люди, сидевшие в гостиной, поприветствовали будущую танцовщицу, на что та лишь осторожно сделала реверанс.
Элизабет Лестрейндж напоминала Драко сильную и независимую львицу. Неимоверная грация, изысканные манеры, огромная силы в девушке пятнадцати лет, жестокость и некая самобытность граничили с нежностью, женственностью и толерантностью. Эта особа любила создавать правила, а не следовать по ним, но и не переносила, когда кто-то нарушал установленный закон. Это все так противоречиво… Нет, Лестрейндж – это и есть противоречие в своем первобытном и таком женственном виде.
Около трех часов Элизабет провела в зале, разминаясь, танцуя, обсуждая ошибки и повторяя все снова. Драко же, зашедший через пятнадцать минут после начала, выглядел сломленным и всю репетицию смотрел со стеклянными глазами. Беллатриса то и дело находила новые помарки и была недовольна дочерью, в то время как Нарцисса и Барти считали танцы безумно красивыми, нежными и женственными. Только один Люциус смотрел свысока, будто сейчас встанет и станцует в сто раз лучше, хотя все понимали, что такого не будет.
- На сегодня все, я надеюсь, в следующий раз, мы будем смотреть идеальную хореографию, а не совершенствовать что-то. Я огорчена, юная леди. – Строго проговорила старшая Лестрейндж и поспешила покинуть комнату.
- Не переживай, все было на высоте, как ты это делаешь? – С мягкой и заботливой улыбкой сказала Цисси и положила руку на плечо, в знак поддержки, на что обе дамы услышали короткий смешок Люциуса, но внимание не обратили. Крауч же покинул комнату без каких-либо замечаний. Элизабет расплела хвост и встряхнула волосами, которые отчасти были мокрыми и прилипли ко лбу, с которого тоненькой струйкой стекал пот. В комнате остались только два старосты факультета школы чародейства и волшебства.
- Неплохо, Элизабет. – Сделал акцент на имени девушки Драко.
- Благодарю Вас, мистер Малфой. – С той же стервозной ухмылкой кинула Лестрейндж и направилась к выходу.
- Давай сегодня встретимся? Ровно в полночь на этом месте. – Поставил перед фактом молодой человек и быстрыми шагами удалился из зала.
Часы тянулись неимоверно медленно, казалось, будто минуло не каких-то сорок минут, а целая вечность. Элизабет за то время, которое было дано Малфоем до их встречи, успела принять душ, помыть голову и сделать безупречную укладку, подготовить наряд к их вечерней встрече и обдумать речь, которую она будет говорить. Вот только вскоре она отбросила последнюю идею, как ни крути начитанная, разберется что сказать юному волшебнику. Поэтому, решив потратить время с пользой, девушка взяла книгу, которую считала источником знаний и фундаментом для всех детей и начинающий волшебников, дабы перечитать и вернуть детские воспоминания и эмоции, дабы побыть хоть чуть-чуть дитем и не беспокоиться ни о чем. Что за книга? «Сонеты колдуна» - да, точно такой же экземпляр был и у Рона Уизли, ведь это именно он посоветовал прочесть ее на втором курсе юной волшебнице. Как он утверждал: «Эта книга заставит тебя говорить стихами до самой смерти!» - в точности повторяя его интонацию в своей голове, подумала Лиззи и тихонько посмеялась.
На часах пробило полночь, в темном зале, слегка освещенном настенными лампами стоят два человека. Девушка в легком розовом платьице, с распущенными ровными волосами и легким макияжем, включающим прозрачный бальзам для губ и крем для увлажнения кожи. И парень – в черном смокинге, казалось он никогда его не снимал и тот прирос к коже, и будто отодрав его мы увидим мышцы и изучим анатомию по его примеру. Но все было не так печально, как может показаться.
- Расскажи мне все о том споре. – Тихо и с легкой хрипотцой в голосе попросил Малфой.
