— К рассвету,— отозвался гоблин,— Думаю, портные успеют.
— Мы не сможем выйти на рассвете,— заметил Данкен,— как бы мне того ни хотелось. Нам нужно отыскать грифона.
— Его уже искали,— отозвался Шнырки,— и нигде не нашли. Поутру мы возобновим поиски, но, честно сказать, надежда слабая. Слитком уж тесно он был связан с Замком, чародеями и всякими волшебными штучками. Вполне возможно, он решил, когда умер последний чародей, что наконец-то пробил его час. Миледи, я полагаю, разделяет мое мнение.
— Пожалуй,— сказала Диана.— Но с Хьюбертом или без него, я все равно иду через болото.
— Ты можешь сесть на Дэниела,— предложил Данкен.
— Нет. Дэниел — боевой конь, поэтому на нем достоин сидеть лишь тот, кто умеет сражаться в седле. Ведь недаром ты ни разу не садился на него на протяжении всего пути. Вы двое — одно, а третий тут лишний.
— Я тоже пойду с вами,— заявила Нэн,— Болото меня не пугает, благо я могу летать, пускай неуклюже, но могу. Может быть, я сумею вам чем-то помочь.
— Раз уж все началось с меня,— проворчал гоблин,— то мне, видно, на роду написано сопровождать вас.
— В том нет никакой необходимости,— возразил Данкен,— Ты не веришь в благополучный исход нашей затеи, и потом, нельзя же оставлять войско без полководца.
— Какой там полководец! — заартачился Шнырки.— Я никого и никуда не вел — просто кликнул клич, и все дела. Народ собрался не на войну, а так, поразвлечься. Дожидаться, когда запахнет жареным, никто не станет. Все разбегутся при малейшей опасности. Сказать по правде, они уже начали разбегаться. Так что за них можно не беспокоиться.
— А почему бы тебе не проявить мудрость и не сбежать вместе со всеми? Спасибо, конечно, что ты вызвался идти с нами, но...
— Вы что, хотите лишить меня приключения, о котором я смогу рассказывать много лет подряд и каждое мое слово будут ловить на лету? — воскликнул гоблин, искусно притворяясь оскорбленным в лучших чувствах,— Между прочим, Малый Народец, как вы снисходительно именуете нас, живет достаточно скучной жизнью. Нам редко представляется случай доказать, что и мы не лыком шиты. Немногим из нас посчастливилось совершить более или менее героические деяния. Но в старину, до того как явились люди, все было иначе. Мы безраздельно владели землей, и никакие чванливые болваны не мешали нам жить в свое удовольствие. А теперь нас прогнали с насиженных мест да еще при первой же возможности напоминают, кто мы такие, мол, не суйтесь, куда вас не просят! А нам всего-то и нужно, что слегка позабавиться...
— Ладно, ладно,— прервал Данкен,— коли так, присоединяйся. Но учти, мы можем встретиться с драконами.
— Эка невидаль! — презрительно усмехнулся Шнырки, прищелкнув пальцами.
В темноте хрустнула ветка. В следующий миг в круг света, который отбрасывал костер, вступил Конрад. Он ткнул пальцем себе за спину:
— Глядите, кого я привел.
Из мрака медленно выплыл Призрак.
— Я вас обыскался, милорд,— пожаловался он Данкену.— И туда летал, и сюда, а вы как сквозь землю провалились. Однако я не забывал о том, что мне поручено следить за Ордой. Поскольку вас нигде не было, я сообщал обо всем Шнырки. Он удивлялся не меньше моего, куда вы могли запропаститься, но потом стал подозревать, что здесь каким-то образом замешаны развалины Замка, и оказался прав, как подтвердил Конрад, с которым мы случайно столкнулись, и...
— Погоди,— перебил Данкен,— погоди. Мне надо кое-что у тебя выяснить.
— А мне надо кое-что сказать вам. Но сначала, милорд, уймите, пожалуйста, мое беспокойство. Вы намерены идти в Оксенфорд или думаете повернуть обратно? Я надеюсь на первое, ибо меня по-прежнему одолевают вопросы, которые я хотел бы задать тамошним мудрецам. Может быть, они окажут мне такую милость: ответят на мои вопросы, которые не дают мне ни минуты покоя.
— Да, мы идем в Оксенфорд,— подтвердил Данкен.— А теперь скажи мне вот что: где находится та часть Орды, что двигалась вдоль западного берега болота?
— Направляется на север,— ответил Призрак.
— И не собирается останавливаться?
— Наоборот, милорд. Злыдни уже не идут, а бегут.
— Решено,— подытожил Данкен с удовлетворением в голосе.— Отправляемся завтра, выходим так рано, как только сможем.
Поиски Хьюберта возобновились с первым проблеском рассвета. Грифона не оказалось ни на развалинах Замка, ни на лугу у реки; он сганул без следа. Те из Малого Народца, кто еще оставался с путниками, охотно помогали в поисках, однако по их завершении начали потихоньку исчезать. Вскоре равнина опустела. О тех, кто был здесь ночью, напоминали разве что черные круги кострищ.
