— Тут есть дверь,— произнес этот пустой, жесткий голос.— Сделайте шаг влево и толкните ее.
Положение становится просто смешным, подумал Максвелл. Либо он войдет в эту дверь, либо опрометью бросится прочь. Конечно, можно было бы спокойно уйти, но он знал, что стоит ему повернуться спиной к невидимой двери, и он побежит — против воли, гонимый ужасом, маячившим позади.
Максвелл сделал шаг влево, нащупал дверь и толкнул ее. В комнате было темно, но в окна просачивался свет фонаря снаружи и падал на пудингообразное существо в центре комнаты — оплывший живот слабо фосфоресцировал, словно клубок светящихся обитателей морского дна копошился в круглом аквариуме.
— Да,— сказало существо,— вы совершенно правы. Я принадлежу к тем жителям Вселенной, которых вы именуете колесниками. На время моего визита здесь я обзавелся наименованием, которое легко воспринимается вашим сознанием. Вы можете называть меня «мистер Мармадьюк». Несомненно, вы понимаете, что это лишь удобства ради, так как я не ношу подобного имени. Собственно говоря, у нас нет имен. Они излишни. Наше индивидуальное различие достигается иными способами.
— Рад познакомиться с вами, мистер Мармадьюк,— сказал Максвелл, произнося слова медленно и раздельно, потому что губы у него тоже вдруг стали холодными и непослушными, как и все тело.
— А я с вами, профессор.
— Как вы узнали, кто я такой? — спросил Максвелл.— Вы, по-видимому, были абсолютно в этом уверены. Значит, вам было известно, что я пройду через холл?
— Разумеется,— ответил колесник.
Теперь Максвелл мог лучше разглядеть своего странного собеседника — пухлое тело, висящее между двумя колесами, копошащаяся масса в нижней прозрачной его части.
— Вы один из гостей Нэнси? — спросил он.
— Да,— ответил мистер Мармадьюк.— Да, разумеется. Если не ошибаюсь, почетный гость, ради которого она и устроила это собрание.
— Но в таком случае вам следовало бы быть в зале с остальными приглашенными.
— Я сослался на усталость,— объяснил мистер Мармадьюк.— Легкое уклонение от истины, признаюсь, ибо я никогда не устаю. И вот я удалился отдохнуть...
— И дождаться меня?
— Вот именно,— сказал мистер Мармадьюк.
Нэнси, подумал Максвелл. Нет! Нэнси, конечно, тут ни при чем. Она слишком легкомысленна, слишком поглощена своими зваными вечерами и совершенно не способна на интриги.
— Мы могли бы обсудить одну тему,— сказал мистер Мармадьюк.— Ко взаимной выгоде, как я полагаю. Вы, если не ошибаюсь, ищете покупателя для некоего движимого имущества. Не исключено, что это движимое имущество может представлять некоторый интерес для меня.
Максвелл отступил на шаг, стараясь найти какой-нибудь ответ. Но ему ничего не приходило в голову. А ведь он мог бы знать! Мог бы догадаться или хотя бы заподозрить!
— Вы не отвечаете,— сказал мистер Мармадьюк.— Но я не мог ошибиться. Вы действительно посредник по этой продаже и здесь нет никакого недоразумения?
— Да,— сказал Максвелл.— Да, я посредник.
Он знал, что запираться нет смысла. Каким-то образом это существо на колесах проведало про хрустальную планету и про сокровищницу накопленных там знаний. И возможно, ему известна назначенная цена. Уж не этот ли колесник пытается купить Артефакт?
— В таком случае,— сказал мистер Мармадьюк,— нам следует немедленно приступить к переговорам и обсудить условия. Не забыв при этом упомянуть и причитающиеся вам комиссионные.
— Боюсь, в настоящее время это невозможно,— сказал Максвелл.— Я не знаю условий продажи. Видите ли, сначала я должен был найти потенциального покупателя, а уж потом...
— Это не составит ни малейшего затруднения,— объявил колесник.— Ибо у меня есть сведения, которыми не располагаете вы. Мне известны условия продажи.
— И вы готовы заплатить требуемую цену?
— О, безусловно,— сказал колесник.— На это просто потребуется некоторое время — весьма незначительное. Необходимо завершить некую коммерческую операцию. По ее заключении мы с вами сможем довести наше дело до конца без хлопот и шума. Единственное, что еще следовало бы установить, как мне представляется,— это размеры комиссионных, которые вы заслужили, безусловно.
— Я полагаю,— растерянно произнес Максвелл,— что они должны быть неплохими.
— Мы намерены,— заявил мистер Мармадьюк,— назначить вас... библиотекарем, что ли — при том движимом имуществе, которое мы приобретаем. Предстоит большая работа по разбору и каталогизации указанного имущества. Для этого нам необходимо существо, подобное вам, и мне представляется, что ваши обязанности будут для вас весьма интересными. А что до жалованья... Профессор Максвелл, мы покорно просим вас самого назвать цифру, а также и остальные условия, на которых вы согласитесь занять эту должность.
— Мне нужно все это обдумать.
— О, разумеется, разумеется! — произнес мистер Мармадьюк.— В делах такого рода небольшое размышление бывает полезным. Вы найдете нас склонными к самой неограниченной щедрости.
— Вы меня не поняли,— сказал Максвелл.— Мне нужно будет подумать о самой продаже. Сочту ли я возможным ее устроить.
