При виде начальства зеваки мигом разбежались. Кикиморы тоже хотели улизнуть, но Макс схватил их за волосы: Тессу правой рукой, Иссу — левой.
— Господин, смилуетесь! — скулила Тесса.
— Мессир, будьте милосердны! — умоляла Исса.
— Ого! Какие мы слова знаем! — колдун грубо встряхнул паршивок. — Вы вообще в курсе, что коготь Вольдемара в сотни раз дороже ваших жалких жизней?
— Знаем, господин, знаем! — оправдывались кикиморы. — Мы же как лучше хотели! Собачку нашу дорогую покормить хотели! Пёсика порадовать.
— Где вам, с вашими куриными мозгами, решать, чем можно кормить пса? И какое же лакомство вы ему приготовили? Небось, Расходника? А то, что вся челядь — это собственность моего брата и портить её без причины — преступление, подумали? Позвать сюда Мадам Эльвиру! — обратился колдун к стражникам. — Будем разбираться со всем этим дерьмом.
Максим стукнул кикимор об землю и подошёл к яме. Картина, представшая его взору, умиляла. Эмилия обнимала собаку, а пёс лизал её в ответ.
— Опять ты? — колдун в один миг переместился на дно ямы.
— Твоему брату вообще нужна собака?! — от пережитого стресса, усталости, ярости, девушке стало всё равно, как и с кем она разговаривает. Она прекрасно помнила Маска, понимала, кто он. Но ей было уже всё равно.
— Да как ты смеешь?! — опешил он от дерзкого тона девушки.
— При чем тут я?! Пушок нечесаный, худющий, запущенный. Когда последний раз его выгуливали, играли с ним? Кто так с собакой обращается? Да таким хозяевам никого, серьёзнее хомячка, заводить нельзя!
— Ты бы лучше….
— Я? Я действительно лучше. Забыл, кто Пушка выходил, когда он болел? А какой он у меня красивый был! На молочке да на воле! Забыл?!
Макс растерялся. Нет, конечно можно было бы прибить девчонку — и дело с концом. Но в её словах был смысл.
— Господин, ждём ваших приказаний! — раздался старческий голос сверху ямы.
Мадам Эльвира пришла вся запыхавшись. Макс, не долго думая, переместился обратно наверх.
— Этих двух, — колдун указал на кикимор, — подвесить кверху ногами на центральной башне на сутки. Может кровь к голове прильет — поумнеют.
— А девушка?
— Девушка… Девушка… Хм… Пусть следит за собакой. С этого момента она больше не Расходник, а личный смотритель Вольдемара. Жить будет на псарне. Выдайте ей нормальную одежду и всё, что требуется. Только пусть сначала помоется — от неё жутко воняет.
Главное — право свободно перемещаться по территории владений Чёрного Коршуна. Первым делом Эмми отыскала Кару. Девочка встретила подругу причитаниями и жалобами. Учёба давалась тяжело. Образование в гильдии Знахарей было куда серьёзнее, чем уроки аптекаря из города. Зато и результаты намного выше. Знахарское дело, как оказалось, не требовало Дара.
В гильдии учили варить настои и отвары, подбирать травы, проводить операции, ставить диагнозы. Знакомили с анатомией, биологией, химией. Чётких определений эти дисциплины, конечно, не имели. Называлось всё расплывчато: знахарское дело. По факту же обучали на врача.
Кара не хотела заниматься. Просила Эмилию забрать её к себе на псарню. Однако старшая сестра строго отчитала младшую. Во-первых, права забирать кого-нибудь куда-нибудь, Эмилия не имела. Во-вторых, нужно обязательно закончить курс. Приобрести профессию. Знахари ценились высоко. И Защитники, и Злыдни пользовались их услугами. А это значит, если когда-нибудь удастся бежать — Эмми не исключала этот вариант, девочка нигде без куска хлеба не останется. Если же ещё и хорошим знахарем станет, то и хлеб будет с маслом.
— Ты — зануда, — пробурчала недовольная Кара.
— Очень даже возможно, — пожала плечами Эмми, — но учёбу ты закончишь.
Про Ирину Эмилия тоже не забыла. К сожалению, сильно помочь не получалось. Лишь передачи время от времени из еды и одежды. На этом всё. Что ж. Для Расходника и это помощь. Шанс продержаться.
Эмилия жила теперь в отдельной комнате на псарне. Помещение совсем небольшое, но после сырой общей спальни казалось хоромами. Одежду выдали новую. И наконец-то это были брюки! На псарне работали обычно мужчины. Униформа, соответственно, состояла из куртки и брюк. Для Эмми хотели отдельно пошить платье, но она рьяно запротестовала! За всё время, проведённое в новом мире, она ни разу не надела штанов. Платья Эмилия и дома у себя не жаловала, а здесь вообще возненавидела. Брюки же были ей понятны и удобны.
В обязанности входил уход за Вольдемаром-Пушком. На псарне жили ещё собаки — за ними смотрели другие служащие. Пушок же находился полностью на попечении Эмилии. Жил он в отдельном вольере, расположенном недалеко от комнаты Эмми. С первых же дней девушка забрала пса к себе, чтобы он не сидел один. В вольере оставляла собаку только если нужно было куда-то уйти.
В одну из ночей, когда Эмми и Пушок уже почти уснули, снаружи послышался шум. Кто-то ходил возле вольера. Пушок, встрепенулся, подбежал к двери и заскулил: просился наружу.
