— Еще не вечер, — произнес Кир-Кор и щепотью взял со стола золотую цепочку с кольцом. Рука его дрогнула — перед мысленным взором со скоростью удара молнии пронеслась мозаика последних событий на Театральном: песчаный пляж, Марсана и нависший над подбитым катамараном лавонгайский «искатель». Ведь они знают теперь о Марсане!.. И самое страшное — знают, кто она и откуда…
Не в силах отогнать тревогу, Кир-Кор набросил цепочку на шею и деревянными пальцами стал застегивать миниатюрный замок. «Не посмеют, — с надеждой думал он. — Нет, не посмеют».
«А если все же они попытаются разыграть „финшельскую карту“?»
«Придется мне принять любые их условия, только и всего».
«Удалишься в просторы Дигеи?»
«Да хоть в преисподнюю! Если мне предоставят необходимый для этого транспорт».
«Ох, как сейчас тебе пригодился бы совет Ледогорова!»
«Без паники, цветок моей души, без паники!.. В конце концов, я даже соглашусь добровольно отправиться на Лавонгай — и разыгрывать „финшельскую карту“ сектантам-пейсмейкерам просто не понадобится». Эта мысль подействовала на него успокоительно. Если есть принципиальная возможность подстраховать безопасность Марсаны, с ответным ходом в затеянной пейсмейкерами шахматной партии торопиться не следует.
«А может, сначала все-таки что-нибудь предпринять?..»
«Да. Прогуляться на свежем воздухе — верховный пейсмейкер здесь прав. На всякий случай он должен твердо знать, что я не собираюсь прятаться».
Кир-Кор запер крышку скрина кодированными защелками. Скомандовал автоматике видеотектора:
— Афтер контакт. Информаторий.
В мутно-белесой, как туман, глубине афтера (его поверхность почему-то не была зеркальной) возникла и приблизилась лимонно-желтая звезда с черным знаком вопроса. Бим-бам, бим-бом! — прозвучали звукосигналы готовности, и нежный, как лепесток розы, женский голос сказал:
— Здравствуйте. С вами работает автооператор информатория Камчатского экзархата. Восемнадцатый канал информатория к вашим услугам. Пожалуйста.
— Запрос о местонахождении помещения. Где находится цирхауз номер пять? Если в одной из палестр, то в какой? Или в каких, если цирхаузов под пятым номером больше одного.
— Запрос принят, ждите ответа. Мы предоставим информацию в течение минуты.
Он покинул апартаменты. И никто не помешал ему спуститься в лифте на первый этаж, пройти по малолюдным в этот час вестибюлям из «Каравеллы» в главное здание, пересечь просторное и тоже малолюдное фойе «Ампариума». Никто не помешал выйти на эспланаду.
Ярко, празднично светило солнце, воробьи шумно ссорились, прыгая и порхая вокруг подсыхающих луж. Ничто, кроме выбоин на бетоне, заполненных дождевой водой, не напоминало о ночной трагедии. Кир-Кор огляделся. «Хвоста» за ним не было. Во всяком случае, ничего подобного он не заметил, и это его удивило. По идее, «хвост» должен был быть… «Наверное, не замечаю из-за чрезмерно плотной пси-защиты, — подумал Кир-Кор. — А может, и в самом деле наблюдать за мной у них сейчас нет нужды?»
«Для той и другой стороны твое поведение предсказуемо», — успокоительно подтвердил внутренний голос.
«Да, похоже, — вдруг поверил Кир-Кор. — И та и другая сторона сознает, что я честно готовлюсь к обещанной пиктургии. А как готовлюсь и где — в четырех стенах или под открытым небом, — не интересно никому».
Свернув с эспланады на юг, он, наслаждаясь свободой, блуждал по серпантинам ковротуарных дорожек, мостиков и декоративно изогнутых синусоидой виадуков над каналами и прудами. В такое время дня и без того малолюдная территория экзархата кое-где казалась совершенно необитаемой. За четверть часа прогулки в лабиринтах этой прудовой Венеции он встретил только пару узкоглазых прохожих, степенно обсуждавших что-то между собой во время перехода через виадук. Один из них — беловолосый крепкий старик, другой — помоложе, оба одеты в одинаковые белые с розовым отливом кимоно и подпоясаны муарово-черными лентами. Еще издали встречные обнажили в улыбке крупные зубы. Судя по островному типу одежды и манере охотно раскланиваться и улыбаться при случайной встрече — японцы. Скорее всего.
— Здравствуйте, — проговорил Кир-Кор на геялогосе, уступая дорогу узкоглазым путникам.
— Здравствуйте, Кирилл Корнеев сан, — ответил тот, который помоложе, и представил своего спутника: — Сэнсэй Наоми Намура. — Представился сам: — Хироси Оно.
— Коннитива,[18] вак сэнсэй Наоми Намура, — сказал старику Кир-Кор. И тому, который моложе: — Хироси Оно сан, коннитива.
— Сиова, синдзинруй, — пробормотал старик.
«Все прекрасно, человек новой породы», — перевел для себя Кир-Кор.
«Где-то я раньше видел обоих, — подумалось ему. — Но где?..»
