Она радостно улыбнулась самой себе. Может быть, рецепты бабушки Вестворд изменят всю ее жизнь. Будет здорово немножко подзаработать и жить не только на пенсию, начисленную за годы работы в банке (в конце концов, пенсию для престарелых она получит еще весьма и весьма нескоро). И она будет заниматься делом. Может быть, это даже станет началом ее новой карьеры.
Стараясь улыбаться не слишком широко, Митци пообещала Джун, Салли и остальным принести на следующее собрание список бабушкиных блюд с указанием цен на них, чтобы все могли выбрать то, что им нравится. Она решила, что стоит поскорее закончить собрание, чтобы все могли отправиться кто куда запускать собственную пиротехнику, – а она пойдет навестить Тарнию.
– Мы столько всего сегодня успели обсудить, да? – сказала Джун, снимая с вешалки пальто. Так здорово, что ты придумала этот клуб. Теперь мне есть к чему стремиться в жизни.
– Мне тоже, – поддержала ее Салли. – Замечательно, что ты взялась за это дело. Мне кажется, что сами мы бы до такого за миллион лет не додумались. Нам нужен был такой человек, как ты, который мог все это организовать и проконтролировать. Кстати, ты и в школе всегда была командиршей.
– Неужели? – недовольно глянула на нее Митци. – Мне казалось, я была тихой и прилежной, и...
– Вот что такое синдром избирательной памяти! – засмеялась Джун. – У тебя всегда были гениальные идеи, и ты организовывала дела, которыми мы занимались. Все выполняли каждое твое слово. Мы думали, что ты когда-нибудь станешь первой женщиной–премьер-министром. Неудивительно, что Тарния так тебе завидовала.
Услышав имя на букву Т, Митци вздрогнула и покачала головой.
– Да что ты, бога ради, разве Тарния мне завидовала! В школе она была моей лучшей подругой. Мы всегда с ней были вместе, помнишь? Я всегда ею восхищалась. Я чувствовала себя по сравнению с ней такой мышкой, примерной и послушной... Я так хотела быть на нее похожей. Я хотела быть такой же безрассудной, отчаянной чертовкой, как она.
– А она-то, – сказала Салли, – страшно завидовала тому, что с тобой все дружат, тому, как ты держишь свое слово и умеешь видеть во всем истинную сущность. Ты никогда не сдавалась. Ты не отказывалась от задуманного и не бросала друзей. Да, пусть Тарния была опасной девочкой, зато ты умела настоять на своем, беззлобно, тихо, но и не давая никому спуску. Тебя все любили, доверяли тебе, полагались на тебя – и сейчас к тебе относятся точно так же. Ты никогда не подводила своих друзей, а у Тарнии друзей вообще не было – кроме тебя.
– Она была самой знаменитой девочкой в нашей школе, – возмутилась Митци. – С ней все хотели дружить.
– Вовсе не хотели, – покачала головой Джун. – Ну ты даешь, Митци. Только не говори мне, что ты до сих пор не поняла, что еще тогда все опасались Тарнии из-за ее острого языка и жестоких выходок? Все хотели быть в ее шайке, чтобы самим не пострадать от нее. Она даже в школе была еще той дрянью. И Салли права – кроме тебя, у нее не было друзей как таковых.
Боже мой! Митци моргнула. Прошло уже почти сорок лет с тех пор, как все они закончили школу, а она и не знала... не понимала.
– Да бросьте! Я вот-вот начну ее жалеть – а сочувствия она совершенно не заслуживает! Кстати, мне нужно снова с ней повидаться и поговорить о том, что мы здесь организовали, а сейчас для этого вполне подходящий момент, так что, будем считать, что сегодня мы сделали все, что собирались?
Джун и Салли кивнули.
Помимо регулярно проводимых занятий, они наметили также провести для сбора средств рождественскую ярмарку, которая будет одновременно и праздником, и концертом, и обедом для всех жителей Хейзи Хассокса и окрестностей, которым было не с кем отметить этот замечательный день.
Одна за другой рождались замечательные идеи, и с каждой минутой они все более ощущали себя единой командой. Именно этого и хотела Митци.
А ведь Тарния может всему этому положить конец.
Митци встала и хлопнула в ладоши. На это, как всегда, никто не обратил ни малейшего внимания.
– Вот, возьми, – Джун опустилась под стол, поднялась, немного раскрасневшись, и подала ей свисток. – Он тебе поможет. Это свисток моей мамы. Помнишь, она кормила обедом детишек из младших классов и следила за порядком? Она свистела, и маленькие хулиганы переставали озорничать. Я храню его как память. Всегда ношу его с собой в сумочке на случай, если на меня нападет насильник.
Митци решила, что любые комментарии на эту тему будут неуместны. Она поднесла свисток к губам, и раздался длинный, пронзительный свист.
Ура, получилось!
Гам мгновенно стих. Мгновенная реакция зала была достойна собаки Павлова: все тут же вытаращились на сцену.
– Э-э, простите, если этим звуком я напомнила вам о заварном креме с комочками и холодной капусте... Благодарю вас за внимание. Мне кажется, что мы сегодня очень много сделали и теперь вполне можем отправляться по домам. Протокол собрания я вышлю по электронной почте на адрес библиотеки, так что все смогут его получить. До встречи в следующую среду. Хороших вам фейерверков.
