— А тебе что помогает? — спросила Лавли. — Когда ты колдуешь? Просто я пыталась, и ничего не получалось. И свет, этот лунный свет. Я его не могу призвать.
— Не знаю, — сказал Джек. — Если что-то не получается, возможно, мешают посторонние мысли или… Можно выпустить все эмоции наружу. Например, закричать.
— Закричать? — сказала Лавли. — Да нет. Не могу же я просто так взять и закричать.
— Почему бы и нет, — сказал Джек. Он замолчал. У него было какое-то сосредоточенное лицо.
— Тебя что-то тревожит? — спросила Лавли. Она заметила это по его взгляду.
— Да, — не отрицал он. — Мы уже несколько дней с Филиппом (так Джек называл отца Алисы) готовим план, как их вывести с острова.
— Вывести? — с ноткой задумчивости проговорила Лавелина. Ей всегда казалось, что жизнь на этом острове — целая вечность, и уж точно ее друзья никуда отсюда не уплывут.
— Да, — проговорил он. — Помнишь, Питер Пен. Волшебная пыльца. Мы решили покрыть ею корабль, а потом полететь через другие миры к Земле. Карту составляем. Все почти готово.
— А как же Вова и Алиса? — сказала Лавли.
— А как же… — повторил Джек. — Представляешь, если считать, что год — 360 дней, то они вместе уже почти шесть лет. Странно, да? Они даже и представить это себе не могут. Печально. И Ханс так сдружился с Юлькой. Да вообще. Мы здесь стали, как одна дружная семья. В этом-то все проклятие.
— Почти шесть лет, — повторила Лавелина.
— Кстати, — сказал он. — Сегодня нужно срочно сгонять в один мир, даже в два. Трехсотлетнее соглашение между черепахой и драконом, наконец-то, нарушено. Они собираются создать новый мир. Не смотри на меня так. Как глупо бы это ни звучало, но существуют и такие бредовые миры… А в другом… Был замечен Стоун. Я должен туда сгонять, проверить. Ты не хочешь…
— Да, я с тобой, — сказала Лавли.
Джек улыбнулся.
— Вообще-то я хотел предложить тебе поприсутствовать в тот редкий момент сотворения нового мира. Но, если ты предпочитаешь…
— Да, предпочитаю, — сказала Лавли, улыбнувшись в ответ.
— Тогда идем, — сказал Джек, протянул ей руку, чтобы встать на ноги. — Кстати, Алиса тоже зачем-то решила полететь туда. То есть не зачем-то. Она теперь не хочет отпускать Вову одного. Почему-то стала его ревновать к Дикарке. А вместе с ней увязались и Аделька с твоим братом. Аделина сказала, что это очень романтично — сотворение нового мира. Я думаю, это и правда очень красиво и захватывает.
— Даже не уговаривай, — проговорила Лавли. Она все смотрела в глаза Джеку. «И почему они так сияют? Господи, да у меня тот же взгляд…», — думала Лавли, а сама говорила. — Я вот считаю, что сражение со злым дядькой-колдуном — самое романтичное на свете. Только для начала нужно разбудить Ханса и отвести его к маме Юльки. Пусть и за ним присмотрит.
— Ну, да, — сказал Джек. — У ней же четверо детей. Подсунь еще пятого — точно не заметит.
— А близнецы? Что они? Не хотят отправиться в другой мир? — спросила Лавли. Джек поморщился.
— Да, только не могут до сих пор решить, в какой именно они хотят.
Где-то в полдень все дела были улажены, и все начали собираться в путешествия в другие миры. После некоторых споров все желающие свалить с острова были разделены на две группы. Алиса со своим Вовой, Женька с Аделькой, как и хотели, отправились смотреть на зарождение нового мира. Дикарка вдруг категорически взъелась на Рича, и сказала, что с ним ни за что не полетит. Мол, он «со своими благотворительными миссиями, “Нет насилию!”, и другим миротворчеством ее уже замучил». Она начала выяснять с ним отношения, в смысле начинала наезжать, говоря, что, если он живет на этом острове, то должен не только делать какую-ту научную работу, создавать лекарства и т. п., но и драться на войне. Но Рич сказал, что «он — доктор, а доктора дают жизнь, а не отнимают». И если бы на этом все закончилось, но они так переругались! Дикарка отправилась вместе с Джеком и Лавли следить за появлением в другом мире Стоуна. А Рич полетел изучать нарушение соглашения между черепахой и драконом. «И ссорятся они так, сколько я их помню», — сказал Джек Лавли. А Ванька с Васькой все продолжали думать, куда им больше хочется.
— Тогда пусть Васька пойдет с нами, а Ванька с ними, — сказал Джек. Два мальчика переглянулись, как и все остальные члены экспедиций. Разделить близнецов — такое даже в голову не могло прийти людям. Эти двое для всех уже давно сложились, как нечто целое. И разъединить их, представить поодиночке, казалось безумием или даже жестокостью.
— Ну что, Ванька, — сказал один из братьев, хлопнув по плечу второго. Тот нахмурился.
— Вообще-то я сегодня хотел быть Васькой, — сказал второй.
— Странный ты какой-то, Ванька, — сказал первый. — Нет, сегодня твоя судьба быть Ванькой. Как-нибудь потом станешь Васькой.
— Так вы решили? — спросила Лавли у близнецов. — Кто с нами?
— За тобой, хоть на край света, — рассмеялся один из них и пошел в сторону к Лавли. Джек тоже усмехнулся, посмотрев на Лавли.
— Ну, ладно, — сказал другой близнец. — Тогда сегодня я Ванька. Все же интересно, какой это договор подписали черепаха с драконом.
