– О! Спасибо, Торус! – воскликнул Тибальд, который снова мог двигать руками. Но запустить в Чарли ещё одно заклинание он не успел: придя в ярость оттого, что Торус ударил Мангустину, тот набросился на громилу. Каждый из них был неприятно удивлён силой противника, но Торус частенько участвовал в подобных драках и знал, что делать. Он всем своим весом налёг на Чарли, и они повалились на стол. Бокал с шипуньей Мангустины разбился вдребезги, а Чарли спиной почувствовал, как под ним что-то хрустит.
Апокартофель фри.
Баржу так сильно тряхнуло, что столы и стулья перевернулись вверх ногами, а постояльцы, которые были в это время в гостиной, попадали на пол.
– Тэдемовцы, сюда! – заорала Маруза. – Проучим деревенщин, а то они думают, что они у себя дома!
И баржу в мгновение ока поглотил хаос. Тэдемовцы были в меньшинстве, но магии не жалели. Мебель и заклинания летали по всей гостиной. Графин с водой пустился вдогонку за недомагом, а догнав, вылил ему за шиворот всю воду. Тэдемовец взялся выводить в воздухе сложнейшую руну, но закончить её не успел: одна девушка, из тех самых «деревенских», сшибла его с ног простой, но мощной руной.
Большинство молодых людей вообще драться не умели: они неуклюже замахивались и рассекали кулаками воздух, а потасовки заканчивались тем, что дерущиеся или падали на пол, или таскали друг друга за волосы. Всё время вспыхивали новые заклинания: какие-то из них были исполнены более умело, какие-то не очень – как будто то тут, то там чиркали отсыревшими спичками.
И тут Бандит решил выскочить из шапки-выручалки, чтобы вонзить когти в Торуса, который растерялся и, не придумав ничего лучше, сгорбился, прикрыл лицо руками и стал ждать, когда этот озверевший ураган оставит его в покое.
Чарли ещё не успел отдышаться, как Маруза снова бросилась в атаку, и он снова одним тычком отбросил её в кресло. Обернувшись, он увидел верещащую Мангустину, а перед ней – Тибальда, который одну за другой чертил в воздухе руны. Чарли заметил, что у Мангустины ужасно вздулись вены на лбу.
– Швуоп! – закричал Чарли, извергая поток конфетти.
– Заткнись, клоун, уже не смешно! – в ярости рявкнул Тибальд и, начав плести в воздухе сложнейшую руну, вдруг с отвращением посмотрел себе под ноги. – Это ещё что такое?! Куда ты лезешь?! Ой, фу! Тряп… – На лицо ему, не дав договорить, шмякнулась Тряпуля.
Чарли оставил злодея Тряпуле, а сам схватил за руку Мангустину, которая пыталась собраться с мыслями.
– Шуыстро шуайдём шуатсюда, – попытался он совладать с потоком конфетти.
– Что? – последовал совершенно логичный вопрос, поскольку Мангустина не поняла ни слова из того, что он сказал.
И в эту секунду на другом конце зала появилась хозяйка баржи.
– В трюме пробоина! – прокричала она. – Какой поросёнок проглотил одним махом целую тарелку апокартошки?! – И, не дожидаясь ответа, она схватила вёдра и тряпки и снова побежала вниз.
И действительно, пол уже был весь покрыт водой. Наверное, поэтому Тряпуля умудрилась так быстро оказаться в нужном месте.
Чарли решил, что давно уже пора линять, и потянул за собой Мангустину. Они чудом увернулись сначала от летающего зонтика, потом от летающего барного стула, но когда были всего в метре от лестницы, весь постоялый двор вдруг охватила мёртвая тишина. Чарли умел различать хорошую тишину от плохой, и ему хватило секунды, чтобы понять, что тишина, наступившая на барже, не сулит ничего хорошего.
– Что здесь происходит? – послышался ледяной голос.
Это были академ-патрульные.
Их было минимум шестеро. Среди них Чарли узнал тех двоих, которые прицепились к нему утром. Но что интересно: теперь они не казались Чарли такими уж опасными. Среди них один патрульный выделялся на общем фоне: в его леденящем взгляде было какое-то жестокое высокомерие. Матовая кожа, крутые скулы, роскошные волосы, собранные в конский хвост, и особенно бросалась в глаза его красная военная форма. Было понятно – он вожак. А что самое удивительное – замысловатые татуировки на его руках были набиты так плотно, что руки казались чёрными, без единого нетронутого места.
– Так-так! Ни за что не поверю, что наша прекрасная тэдемская молодёжь спуталась с какими-то отбросами, – сказал он мягким голосом. – Буду вам благодарен, молодые люди, если вы сейчас же отправитесь домой к родителям. И в будущем попрошу вас быть более разборчивыми в общении.
И Чарли своими глазами увидел, как около пятнадцати подростков, приосанившись, гордо прошли к выходу. Пол к тому времени уже покрылся двухсантиметровым слоем воды.
Торус был не в лучшей форме: Бандит хорошенько его потрепал. И когда этот верзила проходил мимо патрульного в красной форме, тот бросил на подростка взгляд, полный презрения. Тибальд, мокрый и растрёпанный, тоже выглядел неважно. Но, несмотря на это, когда он проходил мимо главного патрульного, тот сделал шаг вперёд и поприветствовал его:
– Господин Денделион, передайте вашему отцу от меня низкий поклон.
Собрав в кулак остатки достоинства, которые у него ещё оставались, Тибальд кивнул:
