- Может, и не смог бы, а может, и смог. Сейчас это уже не проверить. В любом случае, вы пошли в долину и совершенно правильно выставили щит. Так почему сняли его? Вас встречал незнакомый маг, явно не стремящийся привечать гостей и скрывающийся от людей на краю света за прочной завесой. Почему вы ему доверились? Только потому, что он когда-то учил меня?
Я промолчала, не желая спорить. Осторожность или же ее отсутствие ничего не значили в той ситуации. Мы задели сторожок, и Теодгард вызвал Мораввена, или тот явился сам, уловив сработавшее заклинание - неважно. Даже если бы мы оставались закрыты щитом, от силовой клетки он бы не спас, только в ней оказались бы мы все вчетвером. Положение не перестало бы быть гхыровым, только складывалось бы немного по-другому. И Магистр Теодгард все равно бы погиб.
- Да, alliarr, скорее всего, ты права, - вмешался в мои размышления голос Алена. – При тех обстоятельствах вы могли только убивать.
- Тебе жаль Магистра?
Я повернулась, чтобы видеть глаза Алена. В темно-синих глубинах мелькнуло что-то, похожее на сожаление, и мгновенно пропало.
- Как тебе сказать… И да, и нет. Магистр Теодгард многому научил меня, сделал из юного дарования сильного мага, завершил огранку, если можно так выразиться. Незаурядный человек, опытный волшебник, талант, граничащий с гениальностью… Примерно так написали бы о нем в некрологе. Но, с другой стороны, с Магистром было невероятно тяжело общаться. Нелюдим, мизантроп, ревниво относящийся к своей свободе и эгоистичным желаниям, надменный и высоко себя ставящий маг… Кроме того, он хотел отдать тебя Мораввену. Одно это убивает во мне все светлые чувства к Магистру Теодгарду.
- А мне вот немного его жаль, - призналась я. – Он попал под контроль Мораввена, и если бы не это, может, все и закончилось бы благополучно. Хотя не могу сказать, что у меня вообще когда-то были к нему теплые и светлые чувства.
- У тебя им неоткуда взяться, - мягко поцеловал меня Ален. – А с третьей стороны, в результате вашего эпического сражения я смог проникнуть через стену. Сначала на считанные мгновения, затем все дольше и дольше. Я начал потихоньку изучать свои возможности. Оказалось, что можно влиять на желания и поведение Нааль, и вообще взять власть над телом, правда, ничего хорошего из этого бы не вышло.
Я понимающе кивнула, потому что вспомнила и неожиданные для Мораввена истерики его возлюбленной, и ее постоянные требования оставить меня в покое, и баргеста в Липниках.
- Откуда ты знаешь про баргеста? Оррик все-таки нашел тебя? Я очень надеялся на это.
- Нет, не Оррик. С ним я не виделась с травня. Это все сны.
- Сны? Ты никогда не отличалась способностями к прорицанию, - нахмурился Ален.
- Знаю, хотя… Помнишь, я рассказывала, что мне все время снился один и тот же сон: речка, закатное солнце и мы с тобой на траве.
Ален свел брови еще сильнее.
- Да, помню. Речка возле Лютенево, так? Мы еще договорились вернуться туда позже, чтобы сон реализовался полностью.
- Именно, - обрадовалась я. – Так вот, после твоего исчезновения мне периодически начали сниться сны, яркие, отчетливые и, как потом выяснилось, демонстрирующие реальность. Вначале мы не верили в них, затем, после нескольких подтверждений, начали относиться как к источнику информации. Мне казалось, что это ты каким-то образом передаешь мне ее.
- Нет, не я, - отрицательно покачал головой Ален.
- Понимаю. Несколько раз я видела во сне события, в которых ты – то есть Нааль – не принимал участие, и вообще не мог о них знать.
- Ты хочешь сказать, что внезапно стала Пифией? – недоверчиво прищурился Ален.
- Вряд ли. Обычно такие способности проявляются с рождения, разве не так? А мне всегда с трудом натягивали тройку по пророчествам.
- Обычно да… Но ты же видела тот сон про речку на закате, - задумчиво проговорил Ален. – Возможно, какие-то зачатки дара дремали в тебе, а беременность его разбудила.
Я скептически пожала плечами.
- Гхыр его знает. Пусть специалисты разбираются, если им интересно. Мне достаточно того, что эти сны очень и очень помогли. Я всегда знала, что задумал Мораввен, и могла скорректировать свои планы.
- Ладно, шетт с ними, с твоими снами, хотя мне очень хочется поговорить о них хотя бы с Рейфом…
Ален немного помолчал, словно бы не мог отделаться от мешающих ему мыслей, и вернулся к прежней теме.
- С баргестом получилось не очень удачно. Я вернул себе власть над телом, чтобы выжить, иначе Нааль угробила бы нас обоих. Выжить-то мы выжили, но она безумно испугалась. Мне пришлось опять прятаться за стеной и верить, что Оррик найдет тебя и передаст мои слова. И еще на то, что ты запомнила мои слова…
- Купавина ночь? – тихо спросила я, хотя не нуждалась в ответе.
- Да, - так же тихо произнес Ален. – Я так и не понял, что тогда произошло… Но ты казалась настолько реальной, настолько живой, теплой и страстной, что это просто не могло быть сном…
- Это Купава, Ален. Она исполнила мое желание. А я больше всего хотела быть с тобой…
