Русалки даже не заметили, как над ними легко проскользила тень льва. Подводные барабаны выбивали ритм, ускоряясь пока не забились до исступления. Глаза всех русалок загорелись каким-то хищным блеском. Лэнс подумал, что так должно быть выглядели древнеримские трибуны, когда на арену выводили жертву на растерзание. Лэнс поёжился. Что за дурацкие мысли?
Перед королевой поставили огромное блюдо, где на маленьких шпажках извивались в агонии насаженные обитатели глубин. Аллура отвернулась:
— Квизнак, всего лишь рыба и крабы, но… Не по-людски это.
— Да, Аллура? Не суди о том, чего не понимаешь. Хотя, не поворачивайся. Она так хрустит лангустом. А он ещё дёргает хвостом.
Ритм подводных барабанов чувствовался всем телом, как удары волн, бьющихся о борт лодки в шторм. Русалки закружились в неистовом хороводе на песчаном дне и закрутились в спираль, поднимаясь вверх в толще воды. В центре спирали песок стал уходить глубокой воронкой, явив на поверхность монстра, который жутким цветком раскрыл глубокую глотку, усеянную зубами. Монстр играл щупальцами, покрытыми присосками, размахивая ими в воздухе, пытаясь кого-то захватить. Русалки продолжали водить хоровод, и это всё складывалось в какой-то адский танец. Щупальца упали на песок, продолжая извиваться огромными змеями, и только зубы в бездонной глотке смыкались и размыкались. Аллура прижалась к Лэнсу.
Королева взяла жезл и наугад направила светящийся луч в толпу русалок. Жертва засветилась голубоватым светом и остановилась. Хоровод расступился. Русалка в одиночестве сделала круг, повернулась к королеве, покорно склонила голову и стремительно поплыла в центр глотки-цветка.
— Лэнс, мы не можем так просто сидеть! Лэнс!
Русалка скрылась в ужасной пасти. Аллура развернулась к королеве:
— Зачем?
«Это всего лишь дань хозяину вод», — королева смотрела на Аллуру огромными глазами без зрачков. — «Одна русалка и до следующих лун хозяин нас не потревожит. Небольшая жертва».
Аллура вспыхнула огненными метками:
— Одна жизнь, много — какая разница? Почему бы просто не уйти отсюда?
«Мы пользуемся его даром. Облаком. Оно даёт нам защиту».
— Защиту? Кто страшнее вас? Я видел, как одна из вас убила акулу, — Лэнс, до этого молча наблюдавший разговор, не удержался.
«Есть существа пострашнее. Да, и хозяин здесь не один».
— Это неправильно. Вы убили своего, — Аллура всё больше распалялась.
«Она не скорбила о своей смерти. Каждый из нас отдаст свою жизнь ради спасения колонии», — королева повернулась к ближайшему охраннику, показала ему взглядом. Охранник молча поплыл к монстру, щупальца которого уже не извивались.
— Что?! Зачем нужна вторая жертва?! — Лэнс вскочил.
«Что бы показать тебе, пришелец…»
— Я понял, понял, — Лэнс перебил королеву. — Просто верни его.
Королева усмехнувшись, посмотрела на охранника. Он вернулся и, как не в чём ни бывало, занял свой пост за троном.
— Вершишь чужие судьбы? — принцесса сжала кулаки.
— Аллура, — Лэнс стал за её плечом, готовясь, что следующей жертвой будут они.
«Не бойся, пришелец», — королева смотрела на него. — «Это достойная участь — умереть ради колонии. Чтобы жили другие. Благодаря самоотверженности и жертвам выживет великий народ. Русалка готова отдать свою жизнь, ты — нет».
— Ваш хозяин всего лишь монстр, тварь, которая сидит в засаде, поджидая свою добычу, — Аллура махнула рукой в сторону уже сытого монстра, который уползал в свою нору. — Все существа, заметив облако от его дыхания, уплывают. И только вы, «разумные», сидите здесь у когтей тигра, скармливая ему своих. Вместо того, чтобы подумать, как защитить свой клан. У вас есть воины.
— Аллура, — Лэнс отодвинул негодующую принцессу за себя. — Королева, мы хотим уйти.
«Вы не можете уйти», — лицо королевы стало ещё более каменным. — «Вас привела к нам блуждающая волна, а значит, вы принадлежите нашей колонии».
— Это что значит? — Лэнс склонил голову набок.
«Значит, вы теперь одни из нас».
— Вот нет-нет-нет. До следующей луны я точно не останусь, — Лэнс сделал шаг назад.
«Очень жаль, пришелец», — королева подняла руку. Воины замерли в ожидании приказа.
— Блю, красотка, поторопись, — Лэнс переводил взгляд с королевы на солдат, сомкнувших ряд позади своей госпожи.
Лэнс ощутил мощное движение воды и заметил, как замерли стражники. Обернувшись, он увидел синего льва. Осмелевший и обрадованный, парень помахал морскому народу:
— Мне плевать, что сказала вам великая волна, но великая Блю говорит, что мы уходим. Пошли, Аллура. Вы не можете спорить с великой Блю!
Отступая по трапу, они поспешили скрыться внутри корабля.
— Ладно, красотка, к чёрту эту планету. Улетаем, — Лэнс уселся в кресло пилота.
Аллура из-за его плеча рассматривала на сенсорном экране русалок:
— Вот же долбанутый народ.
Лэнс усмехнулся.
— Знаешь, Лэнс, в следующий раз, когда ты предложишь мне весёлую прогулку, я возьму что-нибудь очень тяжёлое и так тебя тресну.
— Эй, — Лэнс рассмеялся.
Блю мощной торпедой прорезала толщу воды, и выпрыгнула, оставив после себя фонтан брызг.
