С низовьев Ветлуги показалась юркая долбленка, ходко шедшая в их сторону. Спустя несколько минут в полном облачении, однако в грязных и местами даже порванных кольчугах, на берег сошли Пычей и Терлей.
— Принимай свою рать, воевода, — обратился к Ивану отяцкий староста.
— Эдак нас с тобой вечно путать будут, — бросил тот Трофиму. — Надо бы мне какое название придумать, что ли… — И повернулся к Пычею: — И ты здрав будь. Рассказывай, что случилось.
— Поначалу пошли лодью в средний гурт с Терлеем, а я уж тем временем поведаю, что с нами было да как.
— Серьезное что? — насторожился Иван.
— Обошлось, да чуть кровь не пролилась между родами нашими. Ты не томи, посылай…
— Ишей, охотнички наши, что тебе с лодьей помогали, где?
— Так лодьи и строжат, кто на болото не ушел. В весь их еще не пустили.
— Бери сколь надо и плыви… Терлей покажет куда.
Когда Ишей с отяцким воином убежали, Пычей расслабленно вздохнул и уселся на корягу.
— Нет ли поснедать чего? С утра во рту ничего не было…
— Бери, — передал ему узелок Трофим. — Не обессудь, без горячего сидим — баб в веси нет, а самим сготовить недосуг. Но зато медку хлебнуть потом дам, — указал он пальцем на стоявший в сторонке глиняный кувшинчик.
— Благодать, — прожевал Пычей молодую репку и тут же закусил ее куском мяса, достав его из узелка, где оно лежало завернутое в широкие зеленые листья. — Ежели короче сказывать, — продолжил он с набитым ртом, — то наше поселение на все согласно, о чем Иван баял намедни, и более того. Просим мы тебя, воевода, — обратился он к Трофиму, судорожно глотая кусок, чуть привставая и наклоняя голову, — принять нас под свою руку. Дай только традиции древние и верования наши исполнять. Те из мастеровых, кто пожелал, готовы перебраться на новые места, коли примете вы их и землицы выделите на поселение. Их с десяток будет, да еще семьи. В дружину новую полтора десятка готово вступить… Все одоспешенные, да в придачу пяток кольчуг от тех, кто мастеровыми остаться пожелал. Токмо прикажи дружине оберегать покой тех, кто в гурте нашем решил остаться, не хуже, чем свою весь. Немного там людишек, но верны будут они тебе, да и место для воев твоих всегда там найдется… Это все про нас было.
Иной расклад с другими поселениями. Винюсь, не сохранили мы добычу в полной мере. По приходе нашем видели мы, как жадность там старших людишек обуяла и стали они добычу меж собой делить, не думая, как далее жить и как от ворога спасаться. Да порешила часть воев, кто не токмо о своем животе мыслит… выйти из родов своих и позвать других общинников за собой. Примет их род мой со всем почтением. Сказано было слово наутро, и стали они собираться. И вышло их на средний гурт полторы сотни вместе с бабами и детишками. И мастеровые среди них, и вои. Однако… указали нам в вину, что замятню мы учинили, и стали пред нами с оружием, не выпуская нас. Не допустили мы крови между нами, но поваляли нас сильно, да и кольчуги посекли наши предостаточно. — Пычей оторвался от своего стихотворного слога и развел руки, в которых еще находились недоеденные куски мяса, в стороны, желая показать, как ему досталось.
— Ну так чем дело кончилось? — не выдержал Иван.
— Прорвались мы с барахлишком и скотиною, ждут общинники сей час лодьи ваши на берегу… И посылы наши в верхнее поселение ушли. Да там оно полегче будет, старейшин в нем нет: те в одном месте собрались. Так что готовься принимать под четыре сотни людишек вместе с бабами и дитями, воевода. Это считая с моими. Часть в наше поселение можно на житье пустить, а другую с мастеровыми определить на новое место, где железо вы надумали добывать… Токмо дома поставить первым делом им надо.
— Да… дела наши грешные, — стал оглаживать намечающуюся бородку Иван. — Разместить где вас, мы уже нашли — Тимка с утра прибегал рассказать об этом. Не ждали, правда, что столько народу будет… Однако, как говорится, нет худа без добра, да и места там хватит с излишком. Пока туда вас всех определим, а потом уж думать будем, что делать дальше. Николая возьмем — он покажет, как дома строить по-новому, ну… будем такие возводить, как наш пятистенок, разве что побольше. Поведу вас я, в обход, поскольку в лагере на болоте тоже болезнь началась. Думаю, что и вас коснется, ну да лекарь уже там, бог даст, все обойдется. А сколь воев среди вас, которые в дружину пойдут?
— Да десятка четыре с половиною с трех поселений, — поднял глаза к небу и посчитал Пычей.
— Ну и я пяток выделю из дружины и желающих охотников, — добавил Трофим. — Так что принимай их всех под себя, полусотник.
— Есть принимать, воевода, — чуть задумчиво кивнул Иван.
— Али снедать собрался, али просто мелешь невесть что? — вопросительно глянул на новоиспеченного полусотника Трофим. — Ты вот давеча про название для дружины что-то баял — надумал али как?
