Воплощение полностью

— А, несчастную любовь переживает,‍ — как от чего-то несущественного отмахнулась девушка, со смачным хрустом откусывая от микроскопического огрызка последний кусок. — А у тебя ещё нет? Раз уж он отказался… О, супер!

— Это он сам тебе, что ли, сказал? — удивился я.

— Ага, совета спрашивал, прикинь? — иногда лексикон Алены меня реально коробил. — «Взгляд с той стороны», как он выразился.

— И ты дала совет… — это был не вопрос. Макса мне даже стало жалко. Интересно, что ж такого-то нужно было сказать, чтобы он настолько обиделся, причём на всех одногруппников сразу?

— Ага. Сказала, что у него без шансов и что предмет обожания ему никогда в жизни не даст.

Вот оно что. Мне захотелось уткнуться лицом в ладонь. Молодец, Лена, отлично поддержала одногруппника. Впрочем, Макс тоже хорош: ладно обиделся на весь свет, пусть, но учёба-то тут причём? И ведь сам же мне говорил, что хочет быть первым по успеваемости и знаниям… Блин, не группа, а бразильский сериал какой-то! Или, наоборот, в нашем возрасте это, как раз, нормально? Не всем же с полным на то основанием переживать о судьбах мира. Которые, как выяснилось, от меня ничуть не зависят…

— Дима!!! — мысленный вопль Ми заставил меня вздрогнуть, а прилетевший следом пакет с только что произошедшими воспоминаниями — и вовсе застыть от напряжения.

— …Но вы же что-то знаете, да? — Феодораксис рядом с едва ли не подпрыгивающим от нетерпения Клавелем казался воплощением спокойствия, но глаза парня так лихорадочно горели, что без всякой эмпатии было ясно — урок истории и на него поде‍й​ствова​л мама не​​ горюй. Ну ещё бы — столько новой инсайдерской ин‍фы для анализа.

— Знаю, конечно, — инструктор со сдержанной улыбкой сложил руки на груди. — Только совсем не понимаю, почему должен именно вам сказать что-то раньше остальных.

— Ну мы… это… особенные, разве нет? — обычно отнюдь не косноязычный мексиканец от волнения даже забыл про свой язык без костей.

— Мой друг имеет в виду, что не зря же именно нас вы так успешно готовите в полевые командиры, — пришёл на помощь Фабио грек.

— До, как ты выразился, «полевых командиров» вам ещё учиться и учиться, — иронично хмыкнул русский. — Лазарь, ты же умный. Тебе не приходило в голову, что отбор в военно-тактический клуб был произведён немного по другому принципу, чем тот, на который ты мне так усиленно и «незаметно» намекаешь? Я просто развиваю уже полученные вами ранее от других людей и обстоятельств задатки, только и всего.

— Н-да? — обычно грек умел сдерживаться, но сегодня его, по понятным причинам, просто распирало изнутри. — На счёт Фабио — согласен. У него уже есть базовые знания по командованию людьми из-за, гм, особенностей семейного бизнеса и какие-никакие навыки планирования боевых операций в тропическом лесу. Мой отец… Сейчас его «должность» можно сравнить с таковой у офицера штаба, но так было не всегда, верно, и кое-чему он меня научил. Куроцуки… Опыт специфичный, но, в определённых условиях бесценный: тайные операции, захват заложников там… Но Войде, Нгобе и Родика? Мало того, что гражданские до мозга костей, так ещё и…

Тут Феодораксис сообразил наконец, что чуть не ляпнул, и заткнулся. Но физкультурник за него «благородно» закончил фразу:

— Девушки, ты хотел сказать? — Абармов демонстративно оглядел зло сощурившуюся, но смолчавшую польку, саркастически усмехающуюся африканку и Мирен. — Хм… Пожалуй, стоит устроить наглядную демонстрацию, пока есть возможность. Все за мной.

Инструктор вывел подопечных из тира через одну из постоянно закрытых дверей в стене. Короткая лестница, узкий, явно служебный проход, по стенам и потолку которого тянулись многочисленные кабели и разнокалиберные трубы. Поворот, ещё поворот, ещё одна дверь… и уже нормальный подземный коридор. Очень знакомый Нанао коридор.

— Олег Валентинович, мы идем… наружу? — догнав учителя, тихо спросила Ми. Тихо-то тихо, но услышали все — и вразнобой напряглись.

— Хотел сделать сюрприз, — слегка разочарованно признался Абрамов. — Да, мы идём во внешний мир. Не стоит беспокоиться: я в курсе, что ты и Войде не были снаружи, но я смотрел ваши медкарты. И для тебя, и для неё выход за границы холда совершенно точно не представляет опасности, а вот новый опыт будет чрезвычайно полезен.

— А… это надолго? — в медкарте, разумеется, ничего не было сказано про телепатический канал связи, имеющий магическое происхождение.

— Несколько суток точно, — русский с довольным лицом вслушался в эмоциональные высказывания за спиной и уточнил, — может, и дольше. А то кое-кто тут у нас себя суперменами возомнили… Вот и посмотрим, кто чего стоит.

Черт! Чё-ёрт!

— Ми!!! — судя по эмпатии, отговорить бывшего спецназовца будет нереально. Без использования шарма, в смысле.