— Мне известно только о неодушевленной преграде. Но я намерена ее преодолеть.
— Возможно, у тебя и получится.
Затем он начал второй круг любви, который она восприняла с радостью. Очевидным было то, что его сексуальные способности тоже имели сверхъестественное происхождение, и это возбуждало в ней дополнительную страсть.
Верена заснула в его объятиях. Когда она проснулась, и ифрит, и будуар исчезли. Девушка лежала на лиственной постели в лесу. Однако была уверена в том, что все это ей не привиделось; последствия страсти все еще чувствовались внутри тела, словно это был согревающий бальзам, от которого возникали одновременно удовлетворение и новый голод. Жидкость приятно распространялась по телу.
Джоли отнеслась к ифриту с подозрением, если это существо на самом деле сказало о себе правду. Он обладал очень могущественной магией и, похоже, обширными знаниями. В то же время он расспрашивал Верену, и призраку показалось, что делал он это с определенной целью: стремился разузнать именно о присутствии и цели Джоли. Она постоянно вмешивалась в жизнь девушки. Чего добивался ифрит? Нет, ей совершенно все это не нравилось.
Однако временная линия оставалась четкой. Как бы ни повлиял ифрит на Верену, их взаимодействие происходило согласно верному направлению ее жизни. Все, что Джоли могла сделать по этому поводу, сводилось к бездействию. Но это, в свою очередь, тоже ее тревожило. Тем не менее, следовало привыкнуть к мысли, что на протяжении ее миссии время от времени будут появляться подобные загадки.
Через несколько дней, когда Верена снова оказалась снаружи, Видение вновь подсказало ей о чужом присутствии.
— Лила, — мгновенно поняла она.
Туманное облачко подлетело ближе. Верена протянула руку, дотрагиваясь до его прозрачной материи. Лила не возражала.
— Можешь ли ты помочь мне проникнуть в суть могущества Ночи?
Призрак оформился в слабое подобие невероятно красивой женщины.
— С какой стати? – произнесла она мысленно, но Верена уже настроилась на нее и прекрасно расслышала.
— Я могу на время одолжить тебе свое тело.
Лила обдумала ее предложение.
— Оно бессмертное.
— Но ничем не отличается от смертного, когда находишься среди них, и откликается абсолютно на все.
— Дай мне половину своего времени.
Верена рассмеялась.
— Что, всего времени, пока я не сплю? Ты получишь не больше, чем время, в течение которого предоставишь нужную информацию. Час.
— Час среди смертных. Время выберу я сама.
— Но место должно быть далеко отсюда – там, где меня никто не знает. Я должна сохранять анонимность.
— Согласна.
Это оказалось слишком легко.
— И этот час должен быть удобен и мне.
— Согласна.
Верена не доверяла ей до конца, но если призрак не выполнит уговора, сделка прервется сама собой.
— Хорошо. Теперь скажи мне, кто ты. Расскажи свою историю.
— Это входит в мой час.
— Ладно, в разумных пределах.
— Я Лила, версия Лилит, когда-то смертной женщины. Я была первой женой Адама, пока он не отказался от меня в пользу безотказной шлюхи Евы. Я поклялась отомстить.
— Но Адам считается первым мужчиной, а Ева – первой женщиной.
— Пересматривая историю, я была первой женщиной. Я обеспечивала ему самый великолепный секс, какой он мог вообразить. Но этот дурак захотел невинности и отверг меня, после чего меня просто выбросили из Эдема. Но мне все же удалось его достать: я послала змея, чтобы тот искусил невинную девицу познанием добра и зла. После этого и она перестала быть девственной. Бог рассердился; он разорвал меня в клочья. Но ему пришлось выгнать и эту парочку, потому что Эдем не для тех, кто обладает знаниями.
Верена была потрясена. Если все это правда, перед ней плавал далеко не обычный призрак. Лилу можно было назвать историческим возмездием.
— Ты сомневаешься в моих словах? – спросила та. – Я вижу, ты не особенно хорошо разбираешься в сексе.
Верена поняла, что это приманка, и отказалась ее заглотнуть.
— Продолжай свою историю; она меня заинтересовала.
— Теперь, когда Ева больше не была невинной, она занялась с Адамом сексом, и они породили многочисленное потомство. Каин стал первым; я шептала ему на ухо, несмотря на его детские аргументы, восстанавливая против святоши-брата, и в результате он убил Авеля. Месть продолжалась своим чередом. Когда его изгнали за это, я пришла к нему в облике ребенка Нода и показала, что значит сексуальная страсть. Я родила ему детей – так же, как и Ноду до него.
— Но тебе же было столько, сколько и его матери, — запротестовала Верена.
— Даже больше; помни, я была первой женщиной. Но в то время люди жили дольше. Я была такой же сексуальной, как сейчас, — призрак исполнил нечто вроде танца с участием груди и ягодиц, все эти привлекательные части соблазнительно покачивались, когда Лила проплывала мимо. Ее фигура была более пышной, чем у Верены, и упругая плоть впечатляла. – Но потом обратил внимание на такую же юную девственницу, какая снизошла до его неотесанного отца… Что они находят в невинности?.. Так что я убила ее, а неблагодарный хам убил меня. Я была в бешенстве.
