— «Я все еще жду твоего обращения Марк», — напомнила Стик.
Да плевать на нее. Пусть ждет чего хочет.
— Мой имя нужен для последний тропа? Ты указывать мне последняя тропа?
Что еще за тропа? Судя по интонациям, ведет она в место явно не хорошее.
— Я благодарен тебе, — я приложил руку к груди и кивнул, выражая свою благодарность.
Страх наполнил глаза девушки, она вырвалась и отползла к стене ямы.
— Ты что там ей напереводила? — воскликнул я, обращаясь к Стик.
Симбионт молчала. Пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть несколько раз, чтобы хоть немного очистить разум и сосредоточиться.
— «Ты что там ей напереводила?» — спросил я мысленно.
— «А ты молодец Марк. Я верила, что у тебя получится. Боюсь даже предположить сколько у тебя на это ушло попыток, но главное ты в итоге справился».
Рука снова попыталась найти так необходимый пузырек с «Парокентосибом».
— «Отвечай Стик».
— «Повторюсь. Я ничего не перевожу. Я — фильтр, который обрабатывает даже дословный перевод, улавливая и передавая суть. Даже если ты будешь ругаться матом, она тебя поймет, возможно, конечно, твоя речь покажется ей странной, но она тебя поймет. Но. Я перевожу лишь то, что ты хочешь сказать, поэтому во избежание недопонимания, я бы, на твоем месте, избегала использовать язык тела. Это — другая народность, у них кивок или кулак к груди может означать пожелание смерти».
Да уж. Придурок, ничего не скажешь. Как я сам до этого не догадался?
В этот раз мой голос звучал максимально равнодушным:
— Я желаю тебе добра. Я тебе благодарен. Я хочу знать, как тебя зовут.
Сверкнув испуганными оленьими глазами, девушка помялась, а затем ответила:
— Зули.
— А меня Марк. Приятно познакомиться Зули.
— Маак? — уточнила девушка
— Марк, — поправил я.
— Маак, — согласилась она. — Я запомнить это имя. Я петь о нем у костра. Я рассказать свой народ. Они тоже петь его у костра.
— «Марк, я не хочу тебя расстраивать, но нам нельзя с ней общаться, это опасно».
— «Почему?»
— «Порой я поражаюсь твоему неумению мыслить логически Марк. Она совсем не удивляется ни твоей одежде, ни твоему странному поведению, да еще и зовет тебя богом. Как думаешь с чего бы это? А с того, что мы в этом мире не единственные кто умеет использовать лиос для развития. Скорее всего, она встречалась с другими воплощенными, а значит может рассказать про нас».
— «Ну и что? Она думает, что я один из них, пусть и остальные так тоже думают. Лучший способ спрятаться это быть на виду».
— «Это конечно интересная теория, но у нее есть несколько весьма ощутимых изъянов. Например, твоя неосведомленность. Ты выдашь себя первой же фразой любому другому. Или твоя одежда, намекающая, что ты прибыл в этот момент совершенно неподготовленным. Или…»
— «Хватит, Стик. Я понял».
— «К тому же не стоит забывать слова твоего пассажира. Мы должны избегать всех. Помнишь? Уверенна, что эта самка, совершенно точно, попадает в категорию
Я посмотрел на Зули.
Насколько уместно будет попросить ее никому не говорить обо мне?
Взгляд, сам собой, сместился ниже, на чужую обнаженную грудь, смущавшую меня гораздо больше, чем владелицу. Смуглая кожа и темные ареалы сосков казались крайне приятными на ощупь… Зули была темнокожей, но не принадлежала к негроидной расе. Она больше походила на индианку.
Над головой девушки была надпись коричневого цвета:
И ниже приписка:
Интересно, надпись возникла сейчас, или я ее просто не замечал…
— Я могу быть полезна для мой бог? — спросила девушка, заметив мой взгляд.
Я смутился и отвернулся. Но пришедшая в голову мысль быстро заставила забыть о неловкости.
— «Стик, надо мной тоже есть такая надпись?»
— «Видишь ли Марк. В сущности, никаких надписей нет. Это мое умение транслировать в твой мозг информацию о действительности, основанную на анализе местности. А я, знаешь ли, полагаюсь не только на те чувства, которые есть у тебя, у меня их гораздо больше. Другие воплощенные тоже могут это делать. И это означает, что выдать себя за обычного человека мы тоже не сможем, в нас без проблем распознают нас. Вообще, нам бы по-хорошему избавиться от этой самки, чтобы она никому не рассказала, но подобный поступок будет не самым этически верным выбором, поэтому мы просто сбежим».
Все внимание сосредоточилось на словах Стик, поэтому я заметил подошедшую Зули, только когда девушка коснулась моего живота.
— Мой бог? Я могу быть полезна?
— «Рада сообщить Марк, что ты все же не болен, просто твоя реакция несколько заторможена».
Меня бросило в жар, я поспешно отстранился.
Нет никакой реакции! Стик — выдумывает. Кому как не мне это знать…
— Надо… Выбраться наверно… — заметил я. — Ну… из ямы… Этой…
Зули ничего не сказала и направилась к своему копью. Плавно, выверено, грациозно… Она словно танцевала, пока шла. Копье стало продолжением руки девушки, одним рывком она высвободила его, заставив хвост твари покачнуться. Клешня на конце глухо щелкнула, напоминая, как сильно хвост походил на личинку, из которой развился. Даже некое подобие головы имелось …
