— Значит так чмошник. Щас мы с Жанкой едем в больницу, снимаем побои. Так что готовь задницу. Заедешь ты теперь надолго.
Я перевел взгляд с девушки на ее истязателя.
— Или может не хочешь? Тогда заплатить надо. Сам понимаешь. Компенсация. Жанна на работу теперь долго не выйдет.
Компенсация? Все из-за денег?
— Ддда, — с трудом выдавил я из себя. — Я заплачу.
— Молодец чмошник. Я с самого начала в тебя верил, — Серж прошел к своему портфельчику, достал оттуда ручку и пустой листок, после чего положил их на журнальный столик. — Подписывай. А сука, ты же связан. Ладно, сейчас.
Громила убрал пистолет и достал вместо него большой армейский нож, которым легко перерезал ремень, удерживавший меня.
— Подписывай, — повторил Серж. — И только пикни мне тут.
Подписывать… Что подписывать? Листок же чист…
— Ты оглох? Подписывай говорю! — дуло пистолета ткнулось в мой затылок.
Ну ладно…
Я подписал и обернулся, уперевшись взглядом во тьму дула.
— Молодец чмошник. Теперь пей.
— Что?
— Пей говорю! — повторил Серж, повысив голос и кивнув пистолетом в сторону кружки с водой, стоявшей здесь же, на столике.
Ну ладно…
Запах… Кислый. У воды такого быть не должно. Вкус тоже кислый.
— До конца пей, — потребовал Серж.
И я — пил. Стараясь не дышать носом, я глотал противную жидкость, ощущая как слабость разливается по телу.
А потом, пришел в себя.
Вот так вот резко и сразу. Никаких переходов от сознательного к бессознательному. Просто склейка двух моментов реальности.
Вот я пью, а вот лежу на диване и разглядываю некогда белый, но потемневший от времени потолок. В квартире горит свет, за окном темно, а я — один.
— «Эмм, Марк», — раздался в голове голос Стик. — «Ты так и будешь до вечера сидеть на этом камне? Может быть, поищем добычу? Нам не хватает всего единички лиоса для выхода на новый этап».
Нет. Это было давно. В другой жизни. Забыть. Это нужно забыть.
Рука снова бесплодно пошарила по комбинезону в поисках лекарства.
Как это забыть, когда ее запах стоит в носу?!
Они же тогда вынесли все, что только можно…
А теперь Зули. Искушает меня. Она не знает, что я не могу… Опозорюсь, как тогда, с Кирой и всё. Какой смысл пробовать? Тогда не встал, сейчас тоже не встанет. Сомневаюсь, что Зули будет стараться также как Кира.
Помню её глаза. Не хочу видеть эту жалость снова. Хотя в глазах Зули не место для жалости…
— «Мааарк, прием. Ты меня слышишь?»
Она убила своего воина за то, что он трус. Может, мою бесполезность она расценит как оскорбление? Может, по законам их племени, такие мужчины недостойны существования? Может…
— «МАРК!» — прокричала Стик, чуть не оглушив.
— Чего тебе Стик?
Может, она посчитает меня трусом, после того как я только что сбежал от нее?
— «Чего мне? Хм… Видишь ли, я уже несколько минут пытаюсь с тобой поговорить и заставить тебя наконец что-то делать, а не искать отличия между камнями вокруг, разглядывая их с предельной тщательностью…»
— Понятно, — сказал я.
Как сделать так, чтобы Зули не считала меня трусом?
— «Понятно? И это все, что ты можешь мне сказать Марк? Меня подобное совершенно не устраивает, знаешь ли. Давай вставай пошли искать существ из вне, чтобы увеличить наш этап и использовать механизм адаптации».
А ведь это идея!
Можно найти кого-нибудь вроде тех личинок, спокойно проткнуть копьем и принести Зули трофеи. Тогда мое бегство будет выглядеть обосновано: я срочно пошел охотится. Как настоящий мужчина. Настоящий добытчик. Настоящий воин.
Только вот насколько велики шансы вернуться с добычей? Если ее не будет, Зули может усомниться…
— А с чего ты взяла, что мы кого-то тут найдем? — на всякий случай уточнил я. — Мы не так уж много тварей встречали за все время.
— «Поверь мне Марк, тут точно кто-нибудь да есть. Если бы ты обладал более широким спектром восприятия, ты бы и сам это знал. Это озеро действительно не совсем простое. По крайней мере теперь. Люди до самых краев зарядили его своей верой и энергией, а это — лакомый кусочек для многих… Сейчас я ощущаю в озере лишь остатки этих сил, значит поблизости есть кто-то, кто питается ими и уже довольно давно».
Питается… Понятно…
Что-то мне как-то резко перехотелось куда-то идти…
Может быть просто принять тот порошок из «фрукта» и пойти к Зули?
А вдруг ничего не выйдет и что тогда?
К тому же, что делать со Стик? Она же будет внутри меня и будет смотреть.
Я обернулся на озеро. С моей позиции не было видно ни ровной прозрачной глади, ни Зули. Только каменистый широкий «балкон», с вершины которого падала вода, вымыв в скалах небольшой кратер.
Скорее всего, нам надо будет туда, наверх. Со всех остальных сторон горы. Причем взбираться мы будем вон там, слева, по более пологой части склона…
Я встал. Рука нащупала уплотнение во внутреннем кармане комбинезона. Мешочек с порошком. Теперь я знал, что буду делать.
Там наверху, Зули меня не заметит. Я же буду видеть ее и смогу представить себя с ней… Приму порошок и посмотрю за реакцией тела. Если она будет, то спущусь вниз. Если нет… В таком случае о моем позоре никто не узнает.
Никто, кроме Стик.
