Жизнь — это здесь и сейчас. Это холодный арктический воздух, пытающийся залезть мне под куртку полярника. Удаляющиеся звуки вертолета взлетевшего с верхней палубы ледокола. Даже колючий взгляд охранника из Конкорда позади меня — все это жизнь. Она есть только здесь и сейчас.Но, что если в "здесь и сейчас", всем нам добавить знания будущего? О не состоявшихся войнах, об эпидемии, которой ещё не было и возможно теперь никогда не будет. Хватит "учебных тревог"!Я — Томас "Начало" покажу, чего вам действительно стоит бояться, земляне!
— У вас тут так холодно, что я на два сантиметра короче стал.
— Что, простите? — Доктор Крам вытаращил глаза, видимо рассчитывая на несколько иное приветствие.
— Док, я про рост! — Кутаюсь в куртку полярника, я махнул рукой в сторону ледяных торосов раздвигаемых носом ледокола. — Холодрыга! На корабле хожу скрючившись чуть ли не пополам. Иначе головой о низкие переборки бьюсь.
— Крам, мой вам совет, — Привёзший меня охранник тяжело вздохну. — Заприте Томаса в самой дальней комнате и сами туда никогда не заходите. Консервы пневмопочтой отсылайте. Так нервы целее будут.
— Ого, сколько умных слов! — Я аж присвистнул. — А чего вы с напарником в вертолёте такими буками прикидывались? Ты даже оружие подальше убрал и патрон из ствола вытащил.
Охранник выдал ещё один тяжкий вздох. Крам хлопнул его плечу.
— Расслабься, боец! У меня таких уникуком еще пять штук на корабле жив. — Переведя взгляд на меня док улыбнулся. — Добро пожаловать домой, Томас. Пойдём, познакомлю тебя с командой. Ребята заждались.
В тот заснеженный день я попал на проект Мимир и моя жизнь изменилась навсегда.
Сначала было слово… Вру! И не яйцо с курицей. Если говорить о моей жизни, то сначала шли восемнадцать лет весьма суетливого выживания в общине “Нехалема” в штате Невада. Выживание — это когда подброшенному в общину младенцу, вместо мамкиной груди дают пососать гаечный ключ из автомастерской.
Выживание — это когда нет интернета, но ты вымениваешь сломанный ноутбук на ремонт дряхлого красного пикапа, а потом лезешь на самое высоченное дерево в общине. Ибо в нашей глуши вышек GSM связи нет, и никогда не было! До сих пор помню — мне десять лет, а я иду по посёлку с высоко задранным носом. Забравшись в дебри интернета, я узнал откуда на самом деле берутся дети.
Расти без заботливого “Bставай, а то в школу опоздаешь!”, — это по-своему весело. Свой первый самодельный кастет, из алюминиевой проволоки и куска дорожного щебня, я, шмыгая разбитым носом, собрал в шесть лет.
Школ у нас, разумеется, нет и никогда не было. Даже английский язык пришлось учить по инструкциям на освежителях воздуха, да тайным перепискам наших монашек. До сих пор удивляюсь, как, казалось бы, сухой текст на клочке бумаги может быть таким “влажным”. А уж когда нелегалы-латиносы забыли в нашей автомастерской пачку журналов "PlayBoy", да с красивыми постерами, я понял, что учиться может быть о-о-о-очень даже весело! Я потом даже основы немецкого по видеоинструкциям изучил.
Я вырос с перепачканными маслом механиками, которым общаться с дизельным двигателем проще, чем с женщиной. С нашей дворнягой Лесси, которая укусив наркомана Джоэла сама начала шататься будто всё время под кайфом. С монашками, что выкрав паспорта у старейшины, частенько сбегают из Нехалема. Я живу, чёрт возьми! Здесь и сейчас, каждый день, каждую минуту и каждый отведённый мне час!
Помню, мне вроде как уже исполнилось восемнадцать. Я вылез из-под “Настоятельницы” — так мы называли новенький трактор общины. Лицо все в чёрном масле, матерюсь так что даже Лесси стыдливо убежала. Тогда я получил от Бездонного Фила хромированный гаечный ключ. “C днём рождения, Том” сказал он и вручил мне подарок. Потом подхватил свою сумку и побежал прочь из посёлка. Как выяснилось, к нам в общину приехали люди от властей штата и потребовали всех сдать образец ДНК. То ли преступников искали, то или ещё чего-то.
Пару месяцев спустя, те люди от штата снова приехали. Машины новые, на электродвигателях! У самих тёмные очки, наушник в одном ухе. Взгляды как у гордых орлов, но как Лесси к ним подкралась и гавкнула, так они чуть не обделались.
Те типы, точнее их представители, зашли в дом старейшины, и вроде как сказали: “У вашего Томаса есть какая-то способность”. Минут через пять Лесси стрелой вылетела из дома старика, держа в зубах пачку баксов. Взгляд, как обычно, ошалелый! Уж не знаю, что ей в голову ударило, но те деньги она заныкала где-то в районе деревенского туалета. Умная, сил нет! Ведь если подумать, то старик с неё теперь шкуру не спустит… ну, пока пропажу не найдёт. А до тех пор, ей обеспечена сытая жизнь в общине.
Меня в тот день забрали из Нехалема.
Так что если меня кто-то спросит: "Что было вначале?" Я скажу, что Лесси, бегущая с пачкой баксов в зубах. Никогда прежде я не видел настолько счастливой накуренной собаки! После того случая, всё в моей жизни изменилось.
