— Позавтракай, а потом мы съездим в зоомагазин.
Он осторожно положил котенка обратно в корзину, помыл руки и принялся за завтрак. Я приготовила ему кофе, как он любит, и сделала для себя чашку, добавив сливки и сахар. Пока я помешивала кофе, он с энтузиазмом принялся за тост.
— Господи, Зоуи. Как вкусно. Я никогда не готовил тосты таким способом. У меня они полностью пропитанные в сиропе. Такие мне нравятся больше.
Я улыбнулась ему.
— Спасибо. Это очень вкусно. Я беру большое количество топленого масла, смешиваю его с сахарной пудрой, пока консистенция не превратится в желтовато-сладкую маслянистую массу. И готово.
Он взял последний кусок французского тоста. Откусил кусочек и несколько минут прожевывал его с закрытыми глазами, наслаждаясь вкусом.
— Ммм, ты права. Так гораздо вкуснее.
Пока я завтракала, Энди сделал себе еще один тост; во время завтрака мы решили оставить котенка.
Позавтракав, мы с маленьким пушистым комочком оранжевого цвета отправились в зоомагазин купить ему еду и остальные необходимые принадлежности. Ни у Энди, ни у меня никогда не было раньше домашних животных. Мы ничего не знали о кошках, кроме того, что их нужно кормить.
Менеджер в зоомагазине определил, что котенку всего лишь восемь недель, и он уже может есть твердую пищу не испытывая каких-либо трудностей. Кроме того, он сообщил нам, что котенок оказался мальчиком и что еще нам понадобится средство от блох. Мы купили все необходимое для нашего котенка и поехали домой.
— Бедный маленький малыш, — грустно произнесла я. — Что с тобой случилось, если бы я тебя не нашла?
Я завернула его в полотенце, чтобы согреть и высушить его тощее, мокренькое тельце; он начал громко мурчать и, кажется, начал засыпать.
— Он мурлычет, как крошечный автомобильный моторчик, — шепотом прошептала, чтобы не разбудить его.
Энди усмехнулся и согласился.
— Как мы его назовем? — спросил он.
Каждый из нас стал предлагать имена, но, пожалуй, ни одно ему не подходило. Я считала, что ему нужно человеческое имя, а не какая-нибудь отстойная животная кличка типа «Мохнатик» или «Разбойник».
Я вспомнила, что второе имя Энди начиналось с «Дж».
— Энди, какое у тебя второе имя? — спросила я, пытаясь придумать мальчишеское имя, но в голову ничего не приходило.
Его лицо просветлело от этой идеи.
— Это идеально, Зоуи. Назовем его Джеймс, — смеясь, произнес он.
Как странно, моя фамилия и его второе имя совпадали.
— Джеймс! — воскликнули мы, давая друг другу пять.
Мы временно поселили Джеймса в прачечной. Как только он подрастет, он сможет бродить по всей квартире, но сначала его надо будет потренировать. Я понимала, что он у нас будет избалован. У него уже имелась новая кровать, игрушки, лакомства и два человека, которые заботились о нем.
— У меня такое ощущение, что мы усыновили ребенка, — засмеялась я, повернувшись к Энди. — Погоди, прозвучало совсем не так, как я имела в виду. Я хотела сказать, что этот бедный малыш был брошен, а мы подобрали его и дали ему дом. Мы даже назвали его Джеймсом. Он слегка напоминает мне… меня. От меня тоже отказались, а Джеймсы удочерили.
Пока я мела вздор, Энди разглядывал меня.
— Ладно, мне лучше заткнуться, — закрывая дверь прачечной, произнесла я.
— Зоуи, я знаю, что ты хотела сказать.
Ну, конечно же, он знал. Он понимал меня.
В течение следующей недели наша жизнь с Энди протекала в повседневных заботах. Мы оба работали, я посещала терапевта и танцевальные уроки. Вечерами мы вместе ужинали, а потом ночевали друг у друга.
За исключением того времени, что мы проводили порознь из-за нашей работы и моих уроков танцев, оставшееся время мы были неразлучны. Это был превосходный период. А лучшим его делал тот факт, что мы ничего не слышали о Робе.
Полицейские, наконец, сообщили, что они не нашли никаких доказательств, чтобы предъявить ему обвинение в порче витрины магазина. По правде говоря, это к лучшему, поскольку я больше не хотела когда-либо снова с ним связываться.
Впервые за многие годы я чувствовала себя счастливой, и все благодаря Энди. А с появлением у нас котенка по имени Джеймс жизнь добавила нам развлечений.
Мы с Энди до сих пор не занимались сексом. Мы проделывали множество других разных вещей, но все труднее было останавливать себя и не переступать черту.
Не то чтобы мне не хотелось заняться с ним любовью, очень хотелось, но мне по-прежнему требовалось еще немного времени. Мы и так достаточно быстро продвигались в наших отношениях, но с этой частью мне не хотелось торопиться. Мне хотелось наслаждаться каждой минутой, находясь рядом с ним, и никуда не спешить.
Слава богу, что он был согласен со мной. Это облегчало наше воздержание.
Когда у меня не было занятий, мы проводили вечера за просмотром фильмов или наблюдая за игрой с Джеймсом. Чаще всего наши попытки посмотреть фильм выливались в изучение наших тел. Я знала, что он окажется потрясающим любовником, и мне хотелось оказаться таковой и для него.
