Ждали они гораздо дольше суток. Верных не оставляла надежда, что лорд догонит их, да и сама Лехтэ, прежде чем продолжать путь, предпочла бы знать, что с родичами, оставленными в столь опасном положении, все в порядке.
Ветер гнал перед собой волны трав, доносил уханье ночных птиц и терпкий, густой запах меда. Воины старались не разжигать без необходимости костров, чтобы не выдавать своего присутствия, и поэтому в ночные часы было зябко, но Лехтэ не жаловалась.
Гряда высоких холмов закрывала от нее левую половину неба, и нолдиэ, глядя на преграду, пыталась представить, какие таинственные препятствия и опасности могут там поджидать их небольшой отряд. Наверное, нечто подобное рассказывал ей в далеком детстве атто, когда маленькая Тэльмиэль желала узнать о жизни квенди до Великого Похода. Однако если тогда бояться ей было, по сути, нечего, то теперь страхи получались слишком реалистичными, поэтому вскоре она оставила это занятие.
— Пора отправляться, — решительно заявил как-то поутру Острад, когда позади остались две долгие, муторные ночи ожидания. — У нас есть приказ.
Тарион сжал было челюсти, но потом кивнул отрывисто и ответил:
— Ты прав. Отправляемся.
Они позавтракали и свернули лагерь. Теперь впереди лежал долгий, извилистый, словно лента, путь. И неизвестно, что ждет их всех: возможно, впереди еще не один бой, а, может, все пройдет тихо и мирно. За холмами Андрама отряд должен был ехать через земли Амбаруссар, и Лехтэ не без основания надеялась, что там-то их не станут подстерегать никакие опасности. А те, что все же им могут повстречаться до владений близнецов, фалатрим вместе с верными Финдекано одолеют без труда.
Они ехали, стараясь не терять бдительности и давая по мере необходимости лошадям отдых, продвигаясь вдоль цепи холмов.
— Совсем скоро праздник Сбора урожая, — рассуждал Острад, — а там и до осени рукой подать. Дороги развезет, начнутся дожди. Не самое благоприятное время для путешествия.
— Ты предлагаешь переждать? — уточнил Тарион, внимательно глядя на дальнего родича телери.
Тот уверенно подтвердил догадку:
— Именно так. Леди Тэльмиэль, ведь лорды Амрод и Амрас ваши родичи?
— Братья мужа, — пояснила она. — Но мне бы не хотелось задерживаться.
— Почему?
Лехтэ нахмурилась, услышав столь прямой вопрос, но он был обоснован. И все же, как ни заманчиво звучало предложение, она решительно покачала головой:
— Есть обстоятельства.
Рассказывать им про те сомнения и беспокойства, что всю дорогу одолевают ее фэа, нолдиэ не собиралась. Однако воины и не стали настаивать на подробных разъяснениях, приняв ее позицию к сведению, и начали разрабатывать детали маршрута в соответствии с обстоятельствами.
— Это последняя большая река на нашем пути? — спросила Лехтэ, когда они остановились у бурного водного потока.
— Да, — подтвердил Острад, всматриваясь в даль. — Самая полноводная в Белерианде. От Ущелья Сириона до его устья ее протяженность составляет сто тридцать лиг.
— И как же нам перебраться на противоположный берег? — уточнил Тарион.
— Очень легко. Сейчас мы разобьем лагерь, отдохнем и начнем строить плот.
— А это не опасно? — встревожилась Лехтэ.
— Вы имеете в виду орков? — уточнил Острад.
— Да.
— По чести сказать, твари Моргота не слишком охотно приближаются к берегам Сириона, уж не знаю почему, поэтому нам, скорее всего, ничего не грозит. Но дозорных мы выставим.
На том и порешили. Конечно, постройка плота была делом не быстрым, и у реки им пришлось задержаться. Тэльмиэль предлагала воинам свою помощь в качестве плотника, заверяя, что хорошо знакома с этим делом, но те категорически отказывались. И ей оставалось только взять на себя обязанности по лагерю.
Лехтэ поднималась с рассветом, готовила завтрак, ухаживала за лошадьми. Работа доставляла ей удовольствие, и она с нежностью вспоминала, как дома, в Амане, помогала Атаринкэ с обустройством их недавно построенного дома. Как делала для него зеркала, шкафы, столики…
От подобных воспоминаний Тэльмиэль вздыхала и улыбалась светло и чуть-чуть печально. Однако мысли эти не доставляли боли, и она не старалась прогнать их прочь.
Наконец, настал день, когда два вместительных плота с бортами стояли на берегу.
— Конечно, за один раз мы все не переправимся, — сказал Острад.
— Значит, переберемся за два, — ответила Лехтэ.
Откладывать не стали. Погрузив вещи, они завели опасливо пофыркивающих коней и, когда Лехтэ с несколькими верными взошли на борт, оттолкнулись шестами.
Сирион бурлил, слабые волны иногда перехлестывались через край, и с непривычки нолдиэ первое время волновалась, однако вскоре перестала замечать воду, что оказывалась поверх бревен. Лошади не проявляли признаков беспокойства, доверившись своим друзьям, и спокойно стояли, мерно похрустывая скошенной для них травой.
Когда плоты пристали к противоположному берегу, двое фалатрим отправились назад, за оставшимися товарищами. Переправа прошла успешно, и вскоре весь отряд был в сборе.
— Жечь их не будем, — предложил Тарион. — Пусть остаются на берегу. Вдруг кому-то еще пригодятся.
— Согласен, — отозвался Острад.
